October 23rd, 2015

НЕОПУБЛИКОВАННЫЙ РАССКАЗ БУНИНА

И. А. БУНИН

<СМЕРТЬ В ЯЛТЕ>[7]

Лет двадцать. Всячески мила, прелестна... Голос, глаза...

Год в Крыму, на богатой ялтинской даче родных — чахотка. Осенью вдруг точно с ума сошла[8]: каждый день верхом, с красавцем проводником тата­рином, в горы. Вся набережная каждый день дивится на ее отчаян­ную скачку.

Падение (на Эриклике, например).

Вскоре внезапная смерть — хлынула кровь горлом.

Когда несли в гроб, казалась очень длинной — особенно от длинного белого платья, с распущенными длинными волосами, в новых белых бальных туфельках, в белых тонких шелковых чулках.

Так стояла на даче в гробу — до парохода в Севастополь, оттуда в поезде в Россию.

Белый гроб, белый глазет покрова, церковные свечи в бантах белого крепа. Чистое, худое, прекрасное, молодое лицо с удивительными темными ресницами — они крупно[9] темнеют на лице, точно искусственные. Да и все, вся она уже точно искусственная. Страннее всего то, что все нарядно, новобрачно. И как хороши еще волосы (когда лежала на столе, еще не в гробу, на белой новой простыне, на белой новой подушке, еще без покрова, было еще страннее и страшнее — эта неподвижность[10], покорно скрещенные на груди худые руки[11], бальная девичья нарядность. Сперва длинные ноги под платьем были связаны носовым платком. Была подвязана и челюсть, на глазах дико чернели пятаки. Потом все это сняли.

Первая панихида. Тонкие панихидные свечки — их огоньки в еще светлый вечер, с светлым небом на закате за морем. Первая «вечная память». Вот ее уже нет в нашем мире, вот ей уже «вечная память»! От тьмы тем — живших и умерших на земле за всю человеческую историю (и до истории!) не осталось памяти ни малейшей. Совершенно забудут и ее — через полгода, через год — и все-таки: «вечная память»! Черные ризы в белых галунах. Дым и запах веющей возле полы ризы священника кадильницы, звук ее цепочек в тишине, когда смолкают.

Стояла на даче двое суток — пароход «В<еликий> К<нязь> Александр Михайлович» уходил только в субботу. Утром в этот день уже запах. И запах живых[12] цветов[13], великолепных в своей красоте и свежести — молодой, нежный, женственный, чувственный — запах их вокруг ее головы, которая, — особенно, если ее качнуть, поправляя цветы, — уже совсем явно смердит. И запах дерева нового гроба.

Лицо обрезалось, уже страшное, гробовое. Чугунно почернели ноздри, плоски и блестящи стали сизые губы, в мертвенно-белых все еще[14] прекрасных руках что-то туберозное.

Пароход. И никто из нарядной толпы, возвращающейся в Россию, не знает, что в трюме — гроб, ее гроб. Ровный ход парохода. Вечное качанье, плесканье волн, бессмысленное, бесцельное, непонятное[15]. Темно-синева­тые, с прозеленью, дуги играющих дельфинов, совершенно так же играв­ших в этих волнах и при каком-то Митридате, при Одиссее. Вечные, косо летя­щие за кормой чайки. Осенняя пестрота проходящих справа гор, тени облаков и свет по ним. Этого она уже вовеки не увидит. Лакеи по коридорам звонят — к завтраку...

Какой безвыходный ужас!

Курьерский поезд, к которому прицеплен сзади товарный вагон с гробом и две ночи ее родных в купе — с чувством, все время, что там, сзади, этот страшный вагон, где она одиноко лежит в темноте в гробу, красный, мотающийся всю ночь огонек сзади на этом вагоне... Под Москвой проснулись рано, не выспавшись, в гадко нагретом за ночь ими и топкой купе... Темное, сумрачное утро, тучи, уже поздняя осень, холодная, грязная, скучная... И впереди — самое страшное...

Отвратительно качается с вокзала по улицам верх белого катафалка, кудрявые с надутыми щеками головы херувимов на его углах... (Назад этот катафалк покатит рысью, уже без белых саванов на лошадях, бодро, с видом освобождения от конченного дела, с грубой жизнью этих погребальных мужиков в черном, развязно усевшихся на месте снятого гроба).

Отвратительные минуты — последние приготовления к концу (к самому противоестественному — к зарыванию гроба с ней в землю): конец службы, наступившее вдруг молчание после бесконечных пений, чтений, скорбно-покор­ных возгласов, выход священнослужителей из алтаря и последние упорные взмахи кадила с вылетающим из него вокруг гроба пахучим дымом... Закрывают мертвое лицо — уже навеки! — газом, льют по газу какое-то особенное темное масло, сыплют на него горсть земли... Потом косо заносят крышку, покрывают ею, завинчивают ее... И самый страшный миг — когда священ<ник> в последний раз широко и разрешительно крестит гроб — перед тем, как с натугой поднимут его и потащат вон из церкви, — потащат его совершенно особенную тяжесть опускать в яму, этот блестящий нарядный ящик с гниющим телом. И как нелеп этот серебр<яный> новенький глазет на дне свежей, сырой, первобытно-земляной ямы и то, что на него грубо валят лопатами сырую тяжелую землю!

Священник в очках, зоркий, строгий.

Потом будет над ней белый ангел с белыми очами к небу — среди обычного кладбищенск<ого> разнообразия деревьев, аллей, крестов, часовенок, цоколей и пирамидок, гранитных и мраморных, белых, серых, черных...

Подготовка текста и публикация Е. Р. Пономарева, ниже его текст.
Collapse )

КУРЕНТЗИС. ГАСТРОЛИ В ГЕРМАНИИ

ТЕОДОР КУРЕНТЗИС: «ВЕСЕЛЫЙ КОРОВЯК» И СЮРРЕАЛИСТЫ ИЗ ПЕРМСКОГО КРАЯ

Музыкальный обозреватель DW Анастасия Буцко воспользовалась гастролями оркестра MusicAeterna из Перми в Германии, чтобы поговорить с культовым дирижером.



Теодор Курентзис, родившийся и выросший в Греции, а сейчас худрук Пермского театра оперы и балета, - один из самых востребованных молодых маэстро Европы. Времени сейчас у него в обрез, и интервью DW с дирижером состоялось в автомобиле, следующем по маршруту из Бохума в Дуйсбург: в этом городе Рурской области музыканты из Перми дали концерт прямо на улице...

Deutsche Welle: Давайте начнем с "Золота Рейна", которое привело вас в Германию, в Рурскую область. Вы говорите, что всегда ставите во главу угла то, что хотел сказать композитор. То есть музыку. Вы же с режиссером Йоханом Симонсом вставили в спектакль пространный текстовой пассаж социально-критического характера. В частности, есть слова про порабощение соседних государств путем навязывания им долгов.

Теодор Курентзис: Большая часть этого текста, на самом деле, от Вагнера (Richard Wagner). Мой Вагнер – это не Вагнер Гитлера. Мой Вагнер – это Вагнер Бакунина, тот человек, который действительно хотел построить новый театр. Это абсолютно политическая композиция.

- Никто в Германии не питает иллюзий относительно того, что живет в абсолютно свободном государстве. А вы в настоящий момент выбрали страну с довольно жесткой формой репрессивности - Россию. Почему?

- Я родился, когда в Греции еще были "черные полковники". Они были как Пиночет: пытали, жгли людей, ссылали их на необитаемые острова. Как ГУЛАГ - только хуже. Я помню незнакомых дядек, которых прятали мои родственники.


Маэстро Курентзис
Collapse )

КОТ ПРЕМЬЕРА КЭМЕРОНА ЛАРРИ


Ларри (Larry, Felis silvestris catus, самец, окрас: табби, родился в Лондоне в 2007 г.)


Главный Мышелов Резиденции Правительства с 15 февраля 2011 г. по 16 сентября 2012 г.)

Ларри попал на Даунинг-стрит из лондонского приюта для животных «Баттерси» (Battersea Dogs and Cats Home). Поскольку резиденция главы правительства располагается в старом здании, мыши и крысы являются там постоянной проблемой и по традиции коты — неотъемлемая принадлежность резиденции. В январе 2011 года один грызун даже попал в объектив телекамеры и был показан по телевидению. После представления на официальном брифинге, с 16 февраля 2011 года Ларри занял должность Главного Мышелова Резиденции Правительства Великобритании (Chief Mouser to the Cabinet Office). Его предшественницей на этом посту была кошка Сибил, но она умерла ещё в 2009 году. По сообщению The Guardian, первую мышь на Даунинг-стрит Ларри поймал 22 апреля. Ларри был одним из самых узнаваемых котов в мире. Несмотря на внимание к своей персоне, он достаточно спокойно относился к представителям прессы.



В газете «Дейли Телеграф» была опубликована «исповедь» кота:

…пришлось выслушивать бесконечные лекции о благородном сословии котов при власти. Формально, должность эту ввели только в 1924 году, но придворные коты водились ещё при Генрихе VIII. А потому, хотя я и беспородный кот, мне вменяется в обязательность вести себя с подобающим достоинством, как это делали до меня Хамфри, Уилберфорс, Нельсон и другие мои предшественники. А это означает, не гоняться за девицами и никаких контактов с родственниками. Затем мне растолковали, что теперь я — госслужащий, а потому мне также могут заморозить зарплату, как и все другим, иными словами, они могут ввести для меня продуктовые карточки… Иногда мне кажется, что эта страна катится ко всем чертям.
Collapse )

РУССКОЕ ИСКУССТВО XIX-XX ВЕКОВ ИЗ СОБРАНИЯ А. Н. ВОЛОДЧИНСКОГО. I

Оригинал взят у vittasim в Русское искусство XIX-XX веков из собрания А. Н. Володчинского (Начало)
Летом в Отделе личных коллекций ГМИИ им А. С. Пушкина было представлено собрание Александра Володчинского. Это – первый показ собрания коллекционера для широкой публики. В экспозицию вошли более ста произведений русской живописи XIX–XX веков таких мастеров, как Василий Перов, Иван Айвазовский, Исаак Левитан, Виктор Васнецов, Константин и Владимир Маковские, Александр Бенуа, Борис Кустодиев, Мстислав Добужинский и Натан Альтман.



Интерес к искусству у Александра Володчинского пробудил его учитель музыки. А его брат – театральный режиссер и педагог Арсений Сагальчик – оказал влияние на формирование у Александра вкуса. Предпочтения А. Н. Володчинского со временем изменялись, он увлекался импрессионистами, работами художников группы «Бубновой валет», наступил этап коллекционирования работ передвижников, в итоге он остановил свой выбор на произведениях  русской жанровой живописи. Сам коллекционер относится к своему увлечению как к интеллектуальной игре: «Были в собирательстве и победы и огорчения, но меня это не остановило, наоборот, только подогревало мой азарт. В какой-то момент я понял, что это огромная часть моей жизни». Сегодня Александр Володчинский продолжает пополнять свое собрание.


Фотография из Интернета

Отдельные произведения из частной коллекции А. Н. Володчинского уже выставлялись в других крупных российских музеях таких, как Государственная Третьяковская галерея, Русский музей, Дом-музей И. И. Левитана и других.
Collapse )

УГРОЗЫ СНЕЖНЫМ БАРСАМ

СНЕЖНОМУ БАРСУ УГРОЖАЕТ ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ


Всего в мире осталось от четырех до шести тысяч снежных барсов

Глобальное потепление грозит сокращением естественных районов обитания снежных барсов. Об этом говорится в докладе, подготовленном Всемирным фондом дикой природы.

По данным фонда, из-за климатических изменений непригодным для жизни снежных барсов станет более трети их ареала. Растения и деревья, характерные для гористой местности, где обитает снежный леопард, не перенесут потепления.

Согласно докладу, снежные барсы (также снежные леопарды или ирбисы, как их еще называют в России) – одни из самых красивых и загадочных больших кошек. "И в то же время это один из самых неуловимых и находящихся под угрозой видов", - говорится в документе.

В фонде отмечают, что ирбисам угрожают не только климатические изменения, но и сочетание других факторов. Среди них организация перечисляет фрагментацию среды обитания, сокращение числа животных, являющихся естественной добычей снежных барсов, а также браконьерство. Однако климатические изменения усиливают эти факторы.


Естественная среда обитания снежных барсов – горы Центральной и Южной Азии

"Гималаи столкнутся с серьезным кризисом, если мы решим проигнорировать климатические изменения. Мы не только рискуем лишиться этого величественного вида, проблема коснется сотен миллионов человек, которым нужна вода с этих гор", - говорит глава программы защиты снежных леопардов Всемирного фонда дикой природы Ребекка Мэй.

В благотворительной организации считают, что для защиты популяции ирбисов может быть использован успешный опыт Индии, Непала и Бутана, которым удалось повысить размеры исчезавших популяций тигров и носорогов.
Снежные барсы

Естественная среда обитания снежных барсов – горы Центральной и Южной Азии. Как правило, эти хищные животные водятся в горах на высоте 3-4,5 тысяч метров над уровнем моря. Всего в мире осталось от четырех до шести тысяч снежных барсов.

Снежные барсы охотятся на рассвете и закате, они способны ловить животных размером почти втрое больше их самих. В основном они охотятся на диких животных, но могут питаться и домашним скотом.

Цвет шкуры снежных барсов меняется в зависимости от сезона – плотный белый мех, который помогает им в маскировке зимой, летом сменяется на желто-серый.

Отсюда:
http://www.bbc.com/russian/science/2015/10/151023_snow_leopard_wwf

ДАМЫ В ШОТЛАНДИИ


Roxana Popa Nedelcu (Испания). Квалификационное выступление на разновысоких брусьях. Международный чемпионат по художественной гимнастике. Глазго


Герцогиня Кембриджская на Королевском научно-исследовательском судне (RRS) "Дискавери", ныне превращенном в музей в Данди (Dundee)

RRS Discovery (Королевское научно-исследовательское судно «Дискавери») — британское исследовательское парусное судно, на котором была совершена Британская антарктическая экспедиция (1901—1904). Последний в истории британского судостроения деревянный трёхмачтовый барк, и первое английское судно, специально предназначенное для научных исследований. Спуск на воду прошёл 21 марта 1901 года, церемонию крещения провела леди Маркэм. С этим барком связаны имена Роберта Скотта и Эрнеста Шеклетона.


"Дискавери" в Антарктике

В шотландском городе Данди, в устье реки Тэй стоит на вечном приколе Королевское научно-исследовательское судно «Дискавери». Название судна переводится с английского как «открытие» - и оно оказалось пророческим.

На корабле были установлены два паровых двигателя, но они выполняли лишь вспомогательную роль, так как «Дискавери» не мог взять на борт большой запас угля. Конструкция корабля была рассчитана на плавание в антарктических водах среди льдов – как следствие, в открытом море на нем очень сильно ощущалась качка.

Первая экспедиция «Дискавери» стартовала в августе 1901 года с острова Уайт. Экспедиция направлялась в Антарктиду, и возглавлял ее морской офицер Роберт Фолкон Скотт (Robert Scott). Результаты экспедиции имели огромную важность – англичанам удалось доказать, что Антарктида – материк, они установили местонахождение Южного магнитного полюса. Экспедиция вернулась в Великобританию в сентябре 1904 года. Роберт Скотт стал национальным героем. Во вторую антарктическую экспедицию Скотт отправится уже на судне «Терра Нова», а «Дискавери» следующие двадцать лет использовался как грузовой корабль.

В 1923 году «Дискавери» вновь отправляется в научную экспедицию в Южное полушарие – организована экспедиция по изучению китов, их образа жизни, миграций, способа питания и пр. В 1929-31 г.г. «Дискавери» принимает участие в работе Британской австралийско-новозеландской экспедиции (БАНЗАРЭ), во главе которой стоял Д. Моусон.

Когда «Дискавери» стал непригоден для плавания в открытом море и научных исследований, он долгие годы служил учебным кораблем сначала для морских скаутов, затем для военных моряков. В марте 1986 года «Дискавери» на борту транспортного судна «Хэппи Маринер» прибывает в Данди, в тот самый порт, где когда-то он был спущен на воду. Сейчас на борту «Дискавери» открыт музей, который рассказывает о всех экспедициях, в которых корабль принимал участие. Здесь хранятся ружье и курительная трубка Роберта Фолкона Скотта.

Корабль-музей

В честь корабля «Дискавери» этим именем были названы еще три британских научно-исследовательских судна.
Отсюда:http://www.votpusk.ru/country/dostoprim_info.asp?ID=20171#ixzz3pQW2Dt2t


Глазго – слева, Данди – справа