Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

ДЖОН ГОЛСУОРСИ

Джон Го́лсуо́рси (John Galsworthy ([ˈɡɔːlzwɜrði]; 14 августа 1867, Кингстон-апон-Темс, Суррей31 января 1933, Лондон) — английский прозаик и драматург, автор знаменитого цикла «Сага о Форсайтах», лауреат Нобелевской премии по литературе (1932).

Биография

Джон Голсуорси родился 14 августа 1867 года в английском городе Кингстон-апон-Темс (графство Суррей, сейчас в составе Большого Лондона), в зажиточной семье. Его отец был юристом и директором нескольких компаний, а мать была дочерью владельца заводов. Учился на адвоката в привилегированной школе Хэрроу, затем в Оксфордском университете. В университете стал известным спортсменом в игре в крикет и футбол. В этот период он увлекался также чтением Теккерея, Диккенса и Мелвилла, слушал Бетховена. Однако Голсуорси, судя по всему, не видел себя в этой профессии и вместо того, чтобы начать карьеру в юриспруденции, уехал путешествовать за границу, где формально он должен был смотреть за семейным бизнесом в сфере морских перевозок.

Во время своих путешествий он на рейсе из Австралии встретил Джозефа Конрада, который на тот момент был первым помощником капитана и с которым они стали близкими друзьями. Именно Голсуорси убедил Конрада публиковать свои рассказы о путешествиях, став своего рода инициатором литературной карьеры второго.

Когда умер отец Голсуорси в 1904 году, он стал финансово независимым.

В 1905 году Голсуорси женился на Аде Пирсон (1864—1956), бывшей жене двоюродного брата. В течение десяти лет до этой женитьбы Голсуорси тайно встречался со своей будущей женой. Ада стала прототипом для многих героинь произведений Голсуорси. Во время Первой мировой войны работал в военном госпитале во Франции. Провел несколько лет на ферме Винстон, где занимался строительством с 1908 года, а с 1923 эта ферма стала его другим домом.

В 1921 году совместно с Кэтрин Эми Доусон-Скотт основал ПЕН-клуб; стал его первым главой.

В 1929 году за заслуги перед литературой стал членом ордена Заслуг.

В ноябре 1932 года Голсуорси была присуждена Нобелевская премия по литературе. Он в это время страдал от сильных головных болей в результате стремительно развивавшейся опухоли мозга, и английские писатели смогли поздравить коллегу только заочно.

Голсуорси скончался 31 января 1933 года в Лондоне. Последние семь лет своей жизни жил в Западном Сассексе. По воле автора его тело было кремировано, а пепел развеян с самолета.

ПАМПЛОНА








Отсюда:
https://news.sky.com/story/pamplona-bull-run-three-men-gored-on-final-day-of-san-fermin-festival-11762813

Пампло́на (Ирунья) (исп. Pamplona, баск. Iruñea, лат. Pompaelo, Pompelon, Pompeiopolis, Pampilona) — столица автономной области Наварра на севере Испании, один из древнейших городов страны. Расположена у подножия Западных Пиренеев, на реке Арге (притоке Арагона).

Наибольшую известность в мире Памплона получила благодаря празднику Сан-Фермин, проходящему ежегодно с 6 по 14 июля (увековечен в романе Эрнеста Хемингуэя «И восходит солнце (Фиеста)») и, прежде всего, благодаря энсьерро — бегу по улицам города мужчин от двенадцати разъярённых быков.

Памплона основана в 70-е годы до н. э. римским полководцем Гнеем Помпеем (откуда и происходит название города); предположительно, на месте Памплоны до этого времени существовало небольшое баскское поселение. В 446 году город был занят вестготами, затем, в середине VI века, — франками. В VIII веке Памплона стала столицей независимого королевства Наварра. С 738 года Памплона находилась под господством мавров, — до тех пор, пока не была завоёвана франкским королём Карлом Великим, заключившим союз с басками. С тех пор Памплона много раз переходила из рук в руки, пока в 1512 году не вошла окончательно в состав Испанского королевства. Расцвет Памплоны пришёлся на XI век, когда город принимал паломников, направлявшихся в Сантьяго-де-Компостела.

ЧТО ПОЧЕМ. КНИЖНЫЙ АУКЦИОН


Это издание "Евгения Онегина" продано за 467 тысяч фунтов, что в три раза больше оценочной стоимости

Первое издание романа Александра Пушкина "Евгений Онегин" продано на торгах аукционного дома Christie's в Лондоне за 467,2 тыс. фунтов стерлингов (около 37 млн рублей). Эстимейт лота составлял 120-160 тысяч фунтов.

На торги "Золотой век русской литературы" было выставлено более 120 редких печатных изданий из частной европейской коллекции, в том числе произведения Достоевского и Гоголя.

Общая выручка торгов, по сообщению аукционного дома, составила 2,2 млн фунтов стерлингов (около 180 млн рублей).

Первое издание романа Александра Пушкина "Евгений Онегин" 1825-1827 годов было выпущено типoгpaфиeй дeпapтaмeнтa нapoднoгo пpocвeщeния Caнкт-Пeтepбуpгa.

"Издание "Евгения Онегина" - настоящая библиографическая редкость. В комплект входит издание первой главы романа в оригинальном переплете", - сообщили в аукционном доме.


За 175 тыс. фунтов (почти 14 миллионов рублей и вдвое больше эстимейта) было продано также первое издание "Вечеров на хуторе близ Диканьки" Николая Гоголя, вышедшее в 1831 году.

Christie's отмечает, что это первое увиденное широкой публикой издание автора, так как все доступные экземпляры своего первого неудачного произведения "Ганц Кюхельгартен" Гоголь выкупил и сжег.


Полный экземпляр этого издания в двух томах появлялся на торгах лишь дважды. Одни из предыдущих владельцев издания - князья Воронцовы, о чем свидетельствует нанесенная на книгу монограмма.

Среди других библиографических ценностей, ушедших с молотка во вторник, было и редкое первое издание поэмы Пушкина "Руслан и Людмила" 1820 года (143,7 тыс. фунтов), первое прижизненное издание басен Ивана Крылова 1809 года (72,5 тыс. фунтов), а также сборник стихов Афанасия Фета "Лирический пантеон" 1840 года - это издание автор больше не перепечатывал.


 Сборник стихов Фета "Лирический пантеон" вышел при участии Аполлона Григорьева, его друга по Московскому университету

За рекордную сумму - 68,7 тыс. фунтов - с молотка ушло первое издание "Бесов" Федора Достоевского 1873 года. Также на аукционе были проданы прижизненные издания произведений Достоевского "Преступление и наказание" и "Записки из подполья".


Отсюда:
https://www.bbc.com/russian/news-48928129

ТЫНЯНОВ. ПУШКИН

Арап наклонился над ребенком.

– Тише, mon oncle, – сказала глухо Надежда Осиповна, – спит.

– Не спит, – сказал арап.

Ребенок в самом деле не спал. Он спокойно смотрел бессмысленными небольшими глазами цвета морской воды, еще не устоявшегося, утробного.

Арап всматривался в него.

– Белобрыс, – сказал он.

Он посмотрел еще.

– Кулер белесоватый.

Ребенок задвигался, смотря мимо всех.

– Расцелуйте его в прах! – закричал арап. – Честное аннибальское слово – львенок, арапчонок! Милый! Аннибал великолепный! В деда пошел! Взгляд! Принимаю! Вина!

Сергей Львович выступил. Пьяный арап распоряжался у него в доме, как у себя в вотчине. Несмотря на все свои чувства к жене, он всегда полагал, что несколько возвысил Аннибалов, породнясь с ними и подняв их до своего уровня. С детства он запомнил проезд какого-то вельможи по Петербургу, туман, фонарь, крик «Пади!» и калмыка с арапом в красных ливреях на запятках. Москву теперь клонило к старой знати. Турок Кутайсов был у всех в презрении.

Старый арап спугнул всех гостей и объявил Аннибалом и чуть ли не арапчонком его сына.

– Милостивый государь, – сказал Сергей Львович, вздыхая, с необыкновенным достоинством, – не устали ли вы с дороги и не время ли отдохнуть? И притом отца… отцу… Смею думать, сын мой не… львенок… и не арапчонок, а Пушкин, как я. Я ваше племя люблю и уважаю, – когда оно хорошее, – добавил он строго, – но согласитесь, что сын мой… что отец, как я…

Вдруг неожиданно легко арап поднял ребенка, побежал с ним к свече и поцеловал звонко и влажно на всю комнату.

Одной рукой держа ребенка, он другой сунул крестик в свивальник.

Марья Алексеевна сердито отнимала ребенка.

– Уронишь, – сказала она, отстраняя старика рукой, – прочь от ребенка, ироды.

Она стала качать мальчика, который наконец заплакал.

Арап обернулся к Сергею Львовичу. Он сделал одно короткое движение – схватился рукой за пояс, за саблю. Сабли не было, старик был давно в отставке.

– Как я… как ты! – захрипел он, и было удивительно, сколько низких, влажных хрипов есть в человеческой глотке. – Ты кто таков? Ты, сударь, – фьють!.. – свистнул он. – Свистун ты! А я – Аннибал. Вот мое племя!

Глаза его были влажные и дымные, он был пьян.

Сергей Львович побледнел.

– Не кричите, mon oncle, – сказала Надежда Осиповна глухо, и лицо ее пошло пятнами, – спит ребенок. Я кричать не позволю.

– На девку свою кричи, – тянула Марья Алексеевна далеким певучим голосом.

Арап попятился.

Губы у него прыгали и не находили слова.

– Пушкиных… забываю! – закричал он, сжав кулачки. – Прах отрясаю! – Он пнул ногою стул и сорвался вниз по лестнице.

Слышно было, как он прогремел через залу и выбежал в сени.

Марья Алексеевна уложила ребенка в зыбку и вдруг сжалась в комочек, стала комочком, сухоньким, старым, востроносым; шмыгнула носом и прошла, тряся головой, куда-то.

ВЕВЕРЛЕЙ

С Веверлеем история ясная, но от этого не менее загадочная. С одной стороны, обычная история, «случилось страшное»:

Пошел купаться Веверлей, оставив дома Доротею.
С собою пару пузырей (повтор) берет он, плавать не умея.
И он нырнул, как только мог, нырнул он прямо с головою.
Но голова тяжеле ног, она осталась под водою.
Жена, узнав про ту беду, удостовериться хотела.
Но ноги милого в пруду она, узрев, окаменела.
Прошли века, и пруд заглох, и поросли травой аллеи;
Но все торчит там пара ног и остов бедной Доротеи.

Это обычный Веверлей — герой старой студенческой песенки. Может быть, у кого-нибудь бабушки-прабабушки, дедушки-прадедушки про него вспоминали. А кто-то и сам в студентах пел. С Доротеей более-менее понятно — это героиня из XIX в., у Гёте есть «Герман и Доротея», у Р. Шумана — одноименная увертюра. Эта героиня была близка сердцу российского человека своей чувствительностью и лиричностью. А Веверлей — кто таков и откуда взялся? И как объяснить живучесть утопшего? А живет он уже несколько столетий и его до сих пор помнят. 100, 1000, миллион, много, прошло миллиард червонцев лет.

И все торчат Веверлеевы ноги и Доротеин скелет. (А. Финкель. Пародия на Маяковского).

Итак, вопрос первый: откуда растут Веверлеевы ноги? Здесь ответ очевиден. Веверлей (Баварлей, Уварлей) — герой одноименного романа Вальтера Скотта. «Уэверли, или Шестьдесят лет назад» — первый исторический роман знаменитого писателя. Опубликован роман был в 1814 г., сюжет его восходит к событиям 1745 г. Роман «Уэверли» был быстро переведен на русский язык и издан в России. И Веверлей, подобно Мальбруку, моментально преобразился и начал победное шествие по России. Собственно, песенка про Веверлея была одной из главных песен российских гимназистов и студенчества. Авторство музыки не установлено.

–По улицам ходила большая крокодила! — пел Костя, а остальные подтягивали: — Она, она, з…, зелёная была!
Но вот весь репертуар закончен. Спеты и «Бабарлей» и «Edite», и «На Кавказе есть гора…». Гимназисты перебрались в столовую.
 — А что вы думаете, mes chers amis, насчёт того, чтобы переброситься в картишки? (цитируется по С. А. Корешков. Записки гимназиста. (Зима 1916−1917). Публикация Н. Корешковой).

 Речь здесь, между прочим, о гимназистах из сибирского города. Насчет Большой Зеленой Крокодилы — тоже интересно, но эта песенка — большая отдельная тема, ведь она тоже пережила века. Но вернемся к несчастному Веверлею, которого российское студенчество XIX в. плавно передало в XX в. Вопрос второй: как мог Веверлей так плотно войти в российское городское сознание, что на протяжении двух веков его никак забыть не могут? Сначала песенка гимназистов и студентов стала предметом многочисленных пародий. Самые известные опубликованы в книге «Парнас Дыбом» под названием «Про козлов, собак и веверлеев». (Авторы — Э. Паперная, А. Розенберг, А. Финкель.) Читать эти пародии — огромное удовольствие. Это настоящее наслаждение. Их можно свободно найти в Интернете, здесь вынуждена дать в больших сокращениях.


Уэлверли (Ваверлей) (Иллюстрация к первому изданию романа Вальтера Скотта, художник John Pettie, гравер F. Huth)

«Гомеровский» Веверлей величав и эпичен:

 …В полдень купаться идет из дворца Веверлей богоравный.
 А во дворце он оставил супругу свою Доротею.
В пышном дворце Доротея ткала большую двойную цвета пурпурного
Ткань, рассыпая узоры сражений между Ахейцами в медных бронях и возницами Трои…
…Тучегонитель Зевес сохранил для потомства их вечно.
 Много столетий прошло и много ушло поколений,
Но до сих пор там стоят над водой Веверлеевы ноги
И в стороне средь песков — Доротеи белеющий остов.

 Веверлей «Данте» лиричен и одновременно в нем есть что-то роковое:

В те дни, когда на нас созвездье Пса глядит враждебно с высоты зенита,
И свод небес, как тяжесть, оперся,
И от лучей не сыщешь ты защиты,
Пошел купаться знатный Веверлей,
Хламидой бренною едва прикрытый…

 Не мог обойти Веверлей на пути «пруду» великую русскую поэзию. «Крыловский» Веверлей — типичный герой баснописца:

В одну из самых жарких пор затеял Веверлей купаться.
И надобно сознаться, что Веверлей сей плавал как топор.
В кладовке, в старом хламе роясь, нашел он плавательный пояс
И, на свою беду, решил: пойду.
 …Супругов мне, конечно, очень жаль,
Но в басне сей заключена мораль:
Не зная броду, не суйся в воду.

 А следующий Ваверлей социален, как и положено в варианте «некрасовском»:

…Жил в деревне Отрадной помещик,
 Варсонофий Петров Веверлей.
Ну и был, доложу я Вам, лещик,
Вряд ли было в округе лютей…
…Затянуло беднягу в пучину,
Над водой только ноги видны.
 Кто опишет тоску и кручину
Веверлеевой бедной жены…

Вот философская пародия на Владимира Луговского:

…Дает ему с собою Доротея,
Жена его, два пузыря в подмогу,
Два пузыря надежных, тонкостенных
И голубых и выпуклых, как небо,
Снаружи выпуклых, а изнутри — напротив.
Он лег на бережок и, глядя в небо,
Задумался над мировым порядком…
Как много облаков, как мало счастья;
Но, поменяв их, вряд ли стало б лучше…
Но эти мысли тоже не бесплодны,
И в них, конечно, бьется пульс эпохи
И отразилась середина века…
— Но я расфилософствовался что-то, Пора и в воду!
 — И нырнул он в воду,
Забыв о том, что не умеет плавать.
 Что тяжелее? Голова иль ноги?
Он не успел как следует обдумать…

Вот Веверлей «ахматовский»:

…Как забуду? Он вышел бодрый, с пузырями на правой руке.
И мелькали крутые бедра на хрустящем желтом песке.
Для того ли долгие годы в одинокой любви прошли,
Чтобы отдал ты темным водам свой загадочный древний лик?!

… А здесь — Веверлей по Мандельштаму:

…Широколистые не сеют тени клены, лучам пылающим открыт песок аллей.
Полуденным пыланьем утомленный. купаться поспешил прекрасный Веверлей…

 А следующий Веверлей — пародия на Андрея Белого:

И Доротеин Веверлей, и Доротея Веверлея над бессловесной бездной реют, как закипевший словолей…
И Веверлей, усталый мистик, средь тополей, среди аллей, голубоглазый злой эвристик, спешит купаться в водолей.
И Доротея в том году астральное узнала тело.
Но ноги милого в пруду она узрев, окаменела…

Далее — Веверлей «блоковский»:

Где дамы щеголяют модами, где всякий лицеист остер,
Над скукой дач, над огородами, над пылью солнечных озер, —
Там каждый вечер в час назначенный, среди тревожащих аллей
Со станом, пузырями схваченным, идет купаться Веверлей…
 Вздыхая древними поверьями, шелками черными шумна,
Под шлемом с траурными перьями идет на пруд его жена…

 Впечатляет своей торжественностью следующий Ваверлей, уже «брюсовский»:

 И, тело обнажив под сенью пирамиды, он погрузился в пруд, творя молитву ей.
Но мудрая глава ног царских тяжелей — осталась голова в объятьях Нереиды.
Той вести гибельной довериться не смея, спешит на озеро царица Доротея
И, к озеру придя, окаменела вдруг.
 С тех пор прошли года тягучей вереницей.
Но до сих пор хранит песок скелет царицы и над водою тень костей берцовых двух.

Вот Веверлей «Эдуарда Багрицкого», это целая поэма, под названием «Думы о Веверлее»:

 Не загинул я от пули У Попова лога,
Не изжарюсь и в июле —
 В дым, в жестянку, в бога.
Пусть я плавать не умею —
Пузыря надую.
Дай пузырь мне, Доротея,
И на пруд пойду я…
 Заросли травой дороги,
Только ветер веет.
Но торчат, как прежде, ноги,
Ноги Веверлея.
Обвевает вихрь горячий
Остов Доротеи…

И Веверлей «Демьяна Бедного»:

Вот, братцы, сказочка про Веверлея, который не жалея ни рук своих, ни ног нырнул как только мог глубоко.
В мгновенье ока засосан был водой и там остался с бородой.
Жена его, Доротея, узнав про эти затеи, прибежала на пруд в большой тревоге и, увидев мужнины ноги, навеки окаменела тут.
 Сказка, говорится, складка, а вот вам и ее разгадка.
Похохочу я над вами всласть. Пруд-то он — Советская власть, а Веверлеи и Доротеи, все эти богатеи, — социал-предатели, соглашатели и буржуазные лакеи.

Есть там и Веверлей Бальмонта, и Пастернака, и Н. Тихонова, и Твардовского.

Автор всех легендарных веверлеевых пародий — А. Финкель. А. Финкель (1899−1968, профессор Харьковского университета) — лингвист, известный переводчик (сонеты Шекспира). Но и без этих замечательных пародий Ваверлей жил своей полноценной жизнью в студенческом фольклоре. Удивителен городской фольклор России. Кого только он не «перелицовывает», в кого только не вдыхает новую жизнь (даже путем утопления). Довольно трудно объяснить абсурдную, с элементами черного юмора, «протяженность во времени» героя этой песни. Образ Веверлея, чья голова тяжелее всех остальных частей тела, так живуч и популярен, потому что (возможно) отражает глубинную самоиронию интеллигенции. Голова полна мыслей, плавать в воде не все умеют, а уж в житейском море потонуть совсем не сложно. И XX в/ — пострашнее всякого заболоченного пруда будет. Эта моя версия. Может быть, кто-то предложит и другую. Как российское сознание умеет переиначивать чужие образы — это песня. Во всех смыслах этого слова. Песня про Веверлея в исконном варианте входила в обязательный песенный набор студенчества вплоть до конца XX в?(песни МИФИ из архива Владимира Тышкевича).

Автор: Галя Константинова
Источник: https://shkolazhizni.ru/culture/articles/44900/
© Shkolazhizni.ru


Отсюда:
https://shkolazhizni.ru/culture/articles/44900/

САМАЯ ЗНАМЕНИТАЯ КАРТА В АНГЛИЙСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ ВЫСТАВЛЕНА НА ТОРГИ



Оригинал карты Стоакрового леса, по которому разгуливали Винни-Пух и все-все-все, выставлен на продажу в аукционном доме Sotheby's.

Эта, возможно, самая знаменитая карта во всей английской литературе, как назвал ее доктор искусствоведения Филипп Эррингтон из Sotheby's, продается впервые за много лет вместе с четырьмя другими иллюстрациями из книжки о Винни-Пухе, которые нарисовал художник Эрнест Шепард.

Эти рисунки не выставлялись в течение без малого полувека. Учитывая, что в последнее время среди коллекционеров возрос интерес к иллюстрациям, предположительно, они могут принести совокупно от 310 до 440 тыс. фунтов стерлингов (примерно 400-600 тыс. долларов).


Первое американское издание книги, проданное коллекционеру в 2008 году

Впервые эта карта была продана на Sotheby's в 1968 году за 650 фунтов, а двумя годами позже этот же аукционный дом продал ее частному коллекционеру уже за 1700 фунтов.

Карта обычно располагается на форзаце книжки о Винни-Пухе или на первых ее страницах. Эта карта также фигурирует в мультфильме компании Disney 1966 года.

Как полагают искусствоведы, только она одна может принести от 100 до 150 тыс фунтов.

На других рисунках изображено прощание Кристофера Робина и Винни-Пуха, а также ослик Иа-Иа, Кролик и игра в Пустяки.

Автор книжек о Винни-Пухе Алан Милн родился в Лондоне в 1882 году.

Он написал ряд весьма успешных пьес, а также был редактором нескольких журналов, но в сокровищницу мировой литературы вошел как автор детских книг о плюшевом медвежонке Винни-Пухе, прообразом которого стал игрушечный медведь его маленького сына Кристофера Робина, по имени которого назван другой персонаж этих книжек.

В 1925 году Милн с женой и сыном переехали из Лондона в большой дом неподалеку от городка Хартфилд в Восточном Сассексе. Возле их дома был Ашдаунский лес, описанный Милном в книжках и нарисованный Эрнестом Шепардом.

Милн и Шепард вместе работали над четырьмя книжками, выходившими отдельными изданиями - "Винни-Пух" (1926), "Дом на Пуховой опушке" (1928), поэма "Когда мы были очень молоды" (1924) и "Нам уже шесть" (1927).

В августе 2018 года на экраны выходит новый фильм кинокомпании Disney "Кристофер Робин", основанный на приключениях персонажей Милна.

Продажа рисунков Шепарда в Sotheby's намечена на 10 июля 2018 года.


Отсюда:
https://www.bbc.com/russian/other-news-44316896

ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ МОСКВЫ В СЕРЕДИНЕ XX ВЕКА


А. А. ВАСЬКИН
"ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ СОВЕТСКОЙ СТОЛИЦЫ ПРИ ХРУЩЕВЕ И БРЕЖНЕВЕ"

Двойственное впечатление. Ну да. Интересно вспомнить. Но при этом книжка сделана очень небрежно. Например, на корешке написано СОВЕТСКОЙ СТОЛИЦЫ ПРИ ХРУЩЕВЕ И БРЕЖНЕВЕ.
Автор элементарно безграмотен: "очередь за тюлью" – 2 раза, чтоб уж все запомнили. Где писать НЕ, а где НИ, не знает. Когда наращивать числительные, когда нет – тоже не знает.

Антикварный на Арбате 36. Сроду там не было никакого антикварного, он был несколько наискось, с нечетной стороны.

Фотографии черно-белые, причем никаких действительно малоизвестных. И при всех этих грехах – очень дорого. Даже при всех скидках.

Вот текст аннотации:


Это повествование о том удивительном времени, когда деревья были большими, а цены в магазинах - маленькими, когда книга была главным подарком, а колбаса - основным дефицитом, когда никто не отрывался от коллектива, а мир познавался по телевизору. Читатели узнают о том, как москвичи в те годы работали и отдыхали, на что тратили получку и на чем экономили, как выживали в коммуналках и стояли в очередях за продуктами (цены прилагаются), какие театры и художественные выставки посещали и как доставали джинсы и сапоги, где в Москве были Маяк и Пушка и кого прозвали "Никитскими Воротами". А еще читатели научатся распознавать речь той эпохи благодаря словарику московского быта, любезно составленному автором - известным историком и писателем Александром Васькиным. Книга написана с привлечением большого числа свидетельств очевидцев, мемуаров и дневников.

Посмотрела: у автора уйма книг. При таком изобилии некогда вылизывать. Ничего из-под его пера покупать не буду. Но если кому подарят, – ну, что же. кое-что интересно вспомнить.

Да! А корректор где ночевал? Называю: Г. В. ПЛАТОВА

НЕ ЗАВИДУЮ БОГАМ

И. А. БУНИН

КАЧЕЛИ

В летний вечер сидел в гостиной, бренча на фортепьяно, услыхал на балконе ее шаги, дико ударил по клавишам и не в лад закричал, запел:
Не завидую богам,

Не завидую царям,

Как увижу очи томны,

Стройный стан и косы темны!
Вошла в синем сарафане, с двумя длинными темными косами на спине, в коралловом ожерелье, усмехаясь синими глазами на загорелом лице: — Это все про меня? И ария собственной композиции? — Да! И опять ударил и закричал:
Не завидую богам...
— Ну и слух же у вас! — Зато я знаменитый живописец. И красив, как Леонид Андреев. На беду вашу заехал я к вам! — Он пугает, а мне не страшно, сказал Толстой про вашего Андреева. — Посмотрим, посмотрим! — А дедушкин костыль? — Дедушка хоть и севастопольский герой, только с виду грозен. Убежим, повенчаемся, потом кинемся ему в ноги — заплачет и простит... В сумерки, перед ужином, когда в поварской жарили пахучие битки с луком и в росистом парке свежело, носились, стоя друг против друга, на качелях в конце аллеи, визжа кольцами, дуя ветром, развевавшим ее подол. Он, натягивая веревки и поддавая взмах доски, делал страшные глаза, она, раскрасневшись, смотрела пристально, бессмысленно и радостно. — Ау! А вон первая звезда и молодой месяц и небо над озером зеленое-зеленое — живописец, посмотрите, какой тонкий серпик! Месяц, месяц, золотые рога... Ой, мы сорвемся! Слетев с высоты и соскочив на землю, сели на доску, сдерживая взволнованное дыхание и глядя друг на друга. — Ну что? Я говорил! — Что говорил? — Вы уже влюблены в меня. — Может быть... Постойте, зовут к ужину... Ау, идем, идем! — Погодите минутку. Первая звезда, молодой месяц, зеленое небо, запах росы, запах из кухни, — верно, опять мои любимые битки в сметане! — и синие глаза и прекрасное счастливое лицо... — Да, счастливее этого вечера, мне кажется, в моей жизни уже не будет... — Данте говорил о Беатриче: «В ее глазах — начало любви, а конец — в устах». Итак? — сказал он, беря ее руку. Она закрыла глаза, клонясь к нему опущенной головой. Он обнял ее плечи с мягкими косами, поднял ее лицо: — Конец в устах? — Да... Когда шли по аллее, он смотрел себе под ноги: — Что ж нам теперь делать? Идти к дедушке и, упав на колени, просить его благословения? Но какой же я муж? — Нет, нет, только не это. — А что же? — Не знаю. Пусть будет только то, что есть... Лучше уж не будет.

10 апреля 1945

А. С. ПУШКИН

С ПОРТУГАЛЬСКОГО

Там звезда зари взошла,
Пышно роза процвела.
Это время нас, бывало,
Друг ко другу призывало.

На постеле пуховой,
Дева сонною рукой
Отирала томны очи,
Удаляя грезы ночи.

И являлася она
У дверей иль у окна
Ранней звездочки светлее,
Розы утренней свежее.

Лишь ее завижу я,
Мнилось, легче вкруг меня
Воздух утренний струился;
Я вольнее становился.

Меж овец деревни всей
Я красавицы моей
Знал любимую овечку —
Я водил ее на речку,

На тенистые брега,
На зеленые луга;
Я поил ее, лелеял,
Перед ней цветы я сеял.

Дева издали ко мне
Приближалась в тишине,
Я, прекрасную встречая,
Пел, гитарою бряцая:

«Девы, радости моей
Нет! на свете нет милей!
Кто посмеет под луною
Спорить в счастии со мною?

Не завидую царям,
Не завидую богам,
Как увижу очи томны,
Тонкий стан и косы темны».

Так певал, бывало, ей,
И красавицы моей
Сердце песнью любовалось;
Но блаженство миновалось.

Где ж красавица моя!
Одинокий плачу я —
Заменили песни нежны
Стон и слезы безнадежны.

1825 г.

Примечания

Вольный перевод стихотворения «Recordações» («Воспоминания») бразильского поэта Томаса-Антонио Гонзага (1744–1807?). Стихотворение входило в сборник стихов, написанных Гонзага в ссылке, в разлуке с родиной и с возлюбленной. Перевод Пушкина сделан, вероятно, не с португальского подлинника, а с французского перевода («Marilie, chants élégiaques de Gonzaga, traduits par E. Monglave et P. Chalas», Paris, 1825).

Томас Антониу Гонзага
порт. Tomás Antônio Gonzaga
Tomás Antônio Gonzaga.JPG

Псевдонимы:

Дирсей


Дата рождения:

11 августа 1744


Место рождения:

Порту, Португалия


Дата смерти:

1810


Место смерти:

остров Мозамбик


Гражданство (подданство):

Бразилия
Португалия


Род деятельности:

поэт


Направление:

неоклассицизм


Язык произведений:

португальский

Тома́с Анто́ниу Гонза́га (порт. Tomás Antônio Gonzaga; 11 августа 1744, Мирагайа, Порту, Португалияфевраль 1810, остров Мозамбик) — бразильский поэт, адвокат и общественный деятель, один из руководителей заговора в Минас-Жерайсе (1789).

Биография

Томас Антониу Гонзага родился в Португалии, однако детство и отрочество провёл в Баии (Бразилия). Вернувшись в Португалию, Гонзага получил высшее образование на юридическом факультете Коимбрского университета, после чего начал юридическую практику.

В 1782 году Гонзага переехал в Бразилию, где был назначен прокурором в городе Вила-Рика. В Бразилии Гонзага стал членом общества либерально настроенных поэтов, которое скоро переросло в тайную политическую организацию, подготовившую план антипортугальского заговора. Однако в мае 1789 года заговор был раскрыт, а его участники арестованы. В 1792 году Гонзага, как и другие заговорщики, был приговорён к смертной казни, которая позже была заменена на пожизненную ссылку в Мозамбик.

Оставшуюся жизнь Гонзага провёл на острове Мозамбик, где и скончался в 1810 году.

Творчество

Для поэзии Томаса Гонзаги характерны элементы просветительского реализма и сентиментализма, а в последний период творчества ещё и романтические мотивы. Так, первая часть сборника его стихов «Дирсеева Марилия», написанная в 1792 году, отличается непосредственностью и простотой формы, во второй же части, завершённой в 1799 году, ощутимы элементы предромантизма.

Гонзаге приписывается авторство анонимной сатирической поэмы «Чилийские письма» (написана в 1788—1789 годах, опубликована в 1835), которая является выдающимся образцом просветительского реализма и одним из наиболее значительных сатирических произведений XVIII века.

Интересные факты

В 1825 году Пушкин написал стихотворение «С португальского», которое является вольным переводом одной из элегий Гонзаги «Воспоминания» (Recordações) из сборника «Дирсеева Марилия».


МЕДВЕЖОНОК ПАДДИНГТОН


В Британии много литературных медведей, но такой как Паддингтон - один

После смерти Майкла Бонда - автора книг о медвежонке Паддингтоне -
соцети наводнили трогательные воспоминания читателей со всего мира. Но
почему Паддингтон, которому в следующем году исполняется 60 лет, не
был знаком советским детям?

Медвежонок Паддингтон не оставил никакого следа в советском детстве.
Хотя вполне мог бы. Персонаж Майкла Бонда - теперь один из самых
узнаваемых детских героев в мире - отличался наивностью, вежливостью и
ненавязчивым любопытством. Он остро чувствовал несправедливость, а
вдохновением для создания его образа послужили дети-иммигранты,
которых автор видел на вокзале во время Второй мировой войны.

Было ли в этом что-то идеологически опасное? Да, буржуазные ценности в
книгах Бонда немного воспевались - скажем, принявшая Паддингтона в
свой благополучный дом семья Браунов имела домработницу - но ведь
подобного и в "Мэри Поппинс" сколько угодно.

А может, политически Паддингтон не был так уж нейтрален? Кажется, это
просто чудной медведь, доставленный на лондонский Паддингтонский
вокзал из далёкого Перу с табличкой "Please look after this bear"
("Пожалуйста, позаботьтесь об этом медведе"). Просто чужак на улицах
Лондона, который сам адаптируется и хочет, чтобы его приняли. Но
сегодня в его образе действительно можно уловить что-то близкое
общественным движениям.



"Лондон не забыл, как встречать незнакомцев" - активисты
в масках с Паддингтоном требуют от британского правительства в 2016
году принять детей-беженцев из лагеря в Кале

Английский писатель Майкл Бонд издал первую книгу про плюшевого
медведя в 1958 году, и Паддингтон практически сразу стал звездой у
себя на родине и за рубежом, затмив в Англии славу даже Винни-Пуха.
Затем последовала целая серия книг и мультфильмы.

Книги про Паддингтона перевели в 40 странах, их продано больше 35
миллионов экземпляров - в частности, и уже в постсоветской России. Но
в СССР, в отличие от Винни-Пуха, широкий читатель Паддингтона не знал.

Когда я впервые приехала в Лондон в 2001 году, меня поразили милые
игрушечные медведи в шляпах, резиновых сапогах и английских
пальто-дафлкотах (я как раз тогда сама мечтала о таком пальто!),
которые украшали прилавки туристических магазинов. "Но ведь это же не
Винни-Пух! - ошарашенно обращалась я к продавцам. - Он даже не похож!"

Оказалось, что и в самом деле не Винни-Пух (хотя он, конечно, тоже
очень любимый англичанами медведь) стал символом всего британского, а
именно Паддингтон. И в 1994 году в качестве первого предмета,
отправленного на французский берег по свежевырытому туннелю под
Ла-Маншем, англичане выбрали именно плюшевого медведя-путешественника
в шляпе и дафлкоте, а не Винни, не бутылку эля и не открытку с королевой!


 Паддингтон и принц Уильям в Шанхае несут
британскую культуру в массы



1979 год: Маргарет Тэтчер агитирует избирателей, призвав
на помощь Паддингтона

Как же так сложилось, что в нашем детстве, в котором было столько
любви к английской литературе, не нашлось места для одного маленького
медвежонка?

Наверное, ответ прост: видимо, Паддингтон просто не попался на глаза
Борису Заходеру, "русскому папе" Винни-Пуха и Мэри Поппинс. Потому что
именно благодаря тонкому сказочному чутью этого переводчика и
рассказчика у советских детей появилась возможность полюбить этих
английских персонажей как родных. Какое счастье, что в один прекрасный
день Заходер листал в библиотеке энциклопедию детской английской
литературы и наткнулся на статью о плюшевом медведе с "маленькими
мозгами"!

Ну а Паддингтон в России - герой совсем другого времени. Те, кто может
сказать, что вырос на историях о нём, ещё даже не закончили школу.

Паддингтон пришёл к нам в русском переводе только в конце нулевых, и
нельзя сказать, чтобы сразу сильно прославился. Настоящая слава на
русскоговорящего Паддингтона свалилась уже после выхода в прокат
полнометражного фильма британского режиссёра Пола Кинга в 2015 году.

И вот тут-то лондонский медвежонок наконец стал для российских детей
привычным - и пожалуй, почти догнал по популярности "Винни-Пуха",
которого, по моим наблюдениям, современные дети читают всё реже и
знают в основном благодаря гениальным мультфильмам Эдуарда Назарова,
снятым почти полвека назад.

Когда в московском читательском клубе "Книжный Шкаф" мы выбирали
персонажа для проведения английской литературной вечеринки, дети
постарше (особенно девочки) называли Алису в стране чудес и Мэри
Поппинс, а вот младшие предпочли именно Паддингтона и потребовали,
чтобы на празднике им подавали булочки и апельсиновый джем
(по-английски "marmalade"), который так любит этот персонаж. Вовсе не
мёд, который едят все остальные медведи, включая Винни-Пуха.

Когда же я напомнила им про Винни-Пуха и спросила, почему они выбрали
Паддингтона, а не его, дети посмотрели на меня озадаченно: "Ты же
просила назвать английского персонажа, а Винни-Пух - наш!"


Российская слава для Паддингтона только начинается

Кто знает, возможно, откройся тогда энциклопедия в руках у Заходера на
странице про Паддингтона, и этот второй плюшевый герой тоже стал бы
"наш", и пришлось бы бывшим советским детям всю жизнь умещать в своих
сердцах любовь к двум плюшевым медведям одновременно.

Но, пожалуй, это даже к лучшему, что им не пришлось соперничать.
Пускай теперь прекрасный смешной Паддингтон наслаждается своей
запоздалой русской славой в полной мере - он и в самом деле её
заслуживает. А Винни-Пух - он всё равно уже "наш", и с ним вряд ли что
нибудь произойдет.

Ира Филиппова - журналист и переводчик художественной литературы,
создатель детского клуба "Книжный шкаф"в Москве.

А вот и МАЙКЛ БОНД – автор серии книг о медвежонке Паддингтоне. Он скончался пару дней назад в возрасте 91 года:



Как сообщает его издатель Harper Collins, писатель умер в своем доме в Лондоне после непродолжительной болезни.

Писать рассказы Майкл Бонд начал в 1945 году, первый из них был опубликован в журнале London Opinion. Первую свою книгу писатель издал в 1958 году, это и был рассказ про медвежонка Паддингтона. Тогда Бонд работал телеоператором на Би-би-си.

С тех пор Бонд написал еще 19 книг о Паддингтоне.

В 1997 году он получил Орден Британской империи за вклад в детскую литературу.

Первая книга о медвежонке Паддингтоне была переведена более чем на 30 языков мира. Ее герой - медвежонок, который приплыл из Дремучего Перу в Англию. Его история начинается на Паддингтонском вокзале в Лондоне, недалеко от которого долгое время жил сам Бонд.

Медвежонок стоит и ждет, пока кто-нибудь обратит на него внимание. Его замечают мистер и миссис Браун, которые решают забрать его домой.

В радиоинтервью Би-би-си в декабре 2014 года Майкл Бонд рассказал, что он решил написать рассказ о Паддингтоне "просто для собственного удовольствия". Возвращаясь домой в канун Рождества 1956 года, он заметил в магазинной витрине одинокого плюшевого медвежонка и купил его для своей жены. Потом, сидя перед печатной машинкой, он смотрел на медвежонка и стал придумывать его историю. Так появился "Медвежонок по имени Паддингтон".

Последний рассказ из этой серии, "Звездный час Паддингтона", был опубликован в апреле этого года. Это коллекция писем, отправленных медвежонком своей тетушке Люси в Перу.

Книжки о Паддингтоне разошлись по миру общим тиражом более 35 млн экземпляров.

В 1975 году был снят мультипликационный сериал о медвежонке Паддингтоне.

В 2014 году режиссера Пол Кинг снял фильм "Приключения Паддингтона", кассовые сборы которого превысили 288 млн долларов.

В ноябре 2017 года должен выйти сиквел этого фильма.

< Книжка – замечательнаяя. Я ее прочитала в уже вполне продвинутом возрасте и получила массу удовольствия.  Пожалуй, про Паддингтона даже интереснее читать, чем про Винни. Ну, тут трудно сравнивать. Дарите эту книжку своим детям-внукам, но перед тем не забудьте прочитать сами! — evakroterion>

Отсюда:
http://www.bbc.com/russian/blog-britain-40449706
http://www.bbc.com/russian/news-40431321

АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ ПУШКИН. 6 ИЮНЯ



Александр Сергеевич Пушкин ( 26 мая [6 июня] 1799, Москва — 29 января [10 февраля] 1837, Санкт-Петербург

П
амятник Александру Сергеевичу Пушкину, работы Александра Михайловича Опекушина, был установлен в Москве 6 (18) июня 1880 года. Памятник выполнен из бронзы, первоначально он был установлен в начале Тверского бульвара на Страстной площади (ныне Пушкинская). В 1950 году памятник переместили на противоположную сторону площади, где он и находится до сих пор.

Описание

Скульптор изобразил поэта в полный рост, одетым в длинный сюртук, поверх которого наброшен плащ. Голова в задумчивости наклонена, словно он размышляет над новым произведением. Правая рука привычным жестом заложена за борт сюртука; в левой, откинутой назад, — шляпа. По углам монумента установлены четыре чугунных фонаря по четыре светильника в каждом, а по периметру — 20 небольших тумб, увитых бронзовыми венками и соединенных бронзовой цепью.

История создания

В 1860 году по инициативе выпускников Царскосельского лицея, в котором учился Пушкин, была объявлена подписка по сбору средств на сооружение памятника в Санкт-Петербурге. Было собрано около 30 тыс. рублей. В 1870 году проводится новая подписка по инициативе лицеиста Якова Карловича Грота, и удаётся собрать около 160 575 рублей.


В 1875 году по итогам проведения открытого конкурса первая премия за проект памятника Пушкину была присуждена А. М. Опекушину. При этом в окончательном варианте памятника форма пьедестала, предложенная А. М. Опекушиным (совмещение двух усечённых конусов), была заменена на форму, близкую к предложенной И. Н. Шредером (усечённая трапеция на прямоугольной призме). Для ведения строительно-монтажных работ Александр Михайлович Опекушин пригласил архитектора Ивана Семёновича Богомолова. Специальную комиссию по сооружению памятника возглавил принц П. Г. Ольденбургский. Последующие пять лет ушли на изготовление модели статуи, отливку на бронзолитейном заводе в Петербурге, изготовление пьедестала из тёмно-красного сердобольского гранита и окончательный монтаж. Памятник первоначально предполагалось открыть 19 октября 1879 года (годовщина открытия Лицея), но из-за повреждения одного из угловых монолитов (под лестницами) его пришлось заменить двумя новыми, соединёнными вместе, что привело к задержке. К весне 1880 года все работы по сооружению памятника были закончены. Новым днём открытия было назначено 26 мая 1880 года (день рождения поэта); эта дата была отсрочена из-за траура по императрице Марии Александровне. 6 июня 1880 года, несмотря на пасмурную погоду, москвичи во множестве собрались на Страстной площади, в начале Тверского бульвара, где ликованием встретили открытие памятника. В тот же день в Московском университете состоялось торжественное собрание, на котором с речами о творчестве Пушкина и его месте в русской культуре выступили Н. С. Тихонравов и В. О. Ключевский. В течение трёх дней в зале Дворянского собрания проходили различные праздничные мероприятия, на которых перед собравшимися выступали Тургенев, Ф. М. Достоевский, И. С. Аксаков и другие деятели культуры.

Памятник Пушкину. Открытка конца XIX века


Первоначально памятник был установлен в начале Тверского бульвара, лицом к Страстному монастырю. В 1950 г. монумент был перемещен на другую сторону Тверской улицы (в то время Горького), на место снесенной колокольни Страстного монастыря, и развернут на 180 градусов.

Для людей моего поколения есть два памятника Пушкину. Оба одинаковых Пушкина стоят друг против друга, разделенные шумной площадью, потоками автомобилей, светофорами, жезлами регулировщиков. Один Пушкин призрачный. Он стоит на своем старом, законном месте, но его видят только старые москвичи. Для других он незрим. В незаполнимой пустоте начала Тверского бульвара они видят подлинного Пушкина, окруженного фонарями и бронзовой цепью. А Пушкин сегодняшний для меня лишь призрак.

В. Катаев. «Алмазный мой венец».

Надписи на пьедестале

Пьедестал украшают строки из пушкинского стихотворения «Памятник». При публикации этого стихотворения в 9-м томе первого посмертного собрания сочинений поэта, Жуковский по цензурным соображениям изменил его текст (заменив опасные слова «Что в мой жестокий век восславил я Свободу» на безобидные «Что прелестью живой стихов я был полезен» в 15-й строке и проведя косметическую правку в 13-й строке для сохранения рифмы). Одно из этих изменений (в 13-й строке) было вырезано на пьедестале с правой стороны:

И долго буду тем народу я любезен,
Что чувства добрые я лирой пробуждал

вместо написанного Пушкиным

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал

На левую сторону памятника попали неизменённые строки:

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык

Двустишия были вырезаны на камне рельефом высотой 20 мм.

В 1936 году, при подготовке к 100-летию со дня смерти поэта было решено заменить текст стихотворения на пушкинский оригинал. При этом:


  • старые рельефные надписи были срублены, поверхность заново отполирована, контуры букв нанесены мастерами Макаровым и Бунегиным, а материал вокруг букв удалён на глубину 3 мм, образуя полуотшлифованный фон светло-серого цвета, изменивший вид памятника,

  • исходный шрифт был сохранён, но орфография заменена на современную,

  • двустишия были заменены на полные четверостишия.

Текст на обратной стороне пьедестала сохранился без изменений, нанесённый высоким рельефом в старой орфографии: «Сооруженъ въ 1880 году».