Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

ПАМЯТНИК ЧАЙКОВСКОМУ



Широко известный с некоторых пор Игорь Чайка не так давно обещал превратить подмосковный Клин в Зальцбург – в Зальцбурге, мол, родился Моцарт, а в Клину – Чайковский. Местные власти подошли к решению вопроса своеобразно – памятник Чайковскому... собрались убрать из центра города.

Объявлено о таких планах было еще летом:

За прошедшие 22 года Клин изменился до неузнаваемости. Уже нет ни Дома культуры /здание передано Русской Православной Церкви для восстановления Собора Святой Живоначальной Троицы/, ни Советской площади. Клинчане все чаще называют ее Соборной, как она называлась в дореволюционные годы. Большие изменения претерпела и усадьба Майданово.<...>

"Именно с Майданово началось знакомство Чайковского с Клинским краем. Однако, в усадьбе до наших дней не сохранилось ни одного объекта, напрямую связанного с Чайковским. Именно поэтому мы считаем правильной идею краеведов Клина, предложивших перенести памятник Чайковскому именно сюда, в Майданово, где Чайковский жил, творил и был по-настоящему счастлив", – рассказала Алена Сокольская.

Алена Сокольская – глава Клинского района. Очевидно, собор упоминается в сообщении ее пресс-службы не случайно, о нем писала еще 2 года назад газета "Труд" – опять-таки в связи с памятником:

А тут еще из центрального сквера города планируется убрать памятник Чайковскому — он-де стоит спиной к городскому клубу. Ну и что, спросите вы, сидит же в Москве бронзовый Петр Ильич спиной к консерватории? Оказывается, клуб — бывший храм, который возвращается церкви, а церковь у нас в последнее время стала обидчива...

"Российская газета" же приводит слова Елены Кондрашиной, директора Клинского музейного объединения:

В центре города памятник должен быть, но, безусловно, это должен быть памятник не Чайковскому.

А почему не Чайковскому? Версия Александра Морозова:

У патриотической общественности нет общего мнения относительно Чайковского. Одни считают, что его оклеветали, другие, что он все-таки был "как кевин спейси". Однако – на всякий случай – в Клину началась кампания за то, чтобы убрать памятник Чайковскому из центра города. А на его месте поставить не вызывающий никаких сомнений монумент "700 лет Клину". Дирижер Федосеев, как пишет Российская газета, просто в изумлении машет руками, ничего не может сказать, кроме "я не могу себе представить...". Тут хочется сказать: "а пора уже начать себе представлять!".

Именно с цитируемой выше публикации в "Российской газете" во вторник началось бурное обсуждение судьбы памятника в Сети.

Это странное и варварское по своей сути решение было принято прошлым летом. Предыстории у этого решения никакой нет. Есть только факт, что руководство города распорядилось на выделенные к 700-летию Клина средства возвести городской монумент. И ничего лучшего, чем демонтировать с этой целью памятник Чайковскому, установленный в историческом центре города, местные чиновники придумать не смогли.

Но что собираются поставить на месте Чайковского? Очевидно, под мнением краеведов имеется в виду следующее:

Мы считаем, что этот юбилей отличный повод привести наш город в порядок. У краеведов есть предложения, которые, надеюсь, услышат районные власти.

В Клину нужно навести порядок в историческом центре города, конечно, всё зависит от финансирования. Хотелось бы, чтобы появился памятник древнему Клину. Может быть, стоит объявить конкурс среди скульпторов и художников на проект, в результате которого решится, каким он будет, и где будет размещаться.

Опрос о том, какой памятник установить к 700-летию Клина, действительно был проведен.

Вот варианты:


Власти вроде выбрали то, что слева вверху. Даже комментировать не хочется.

Отсюда:
https://www.svoboda.org/a/28826422.html



R.I.P. ЗУРАБ СОТКИЛАВА



Умер народный артист СССР Зураб Соткилава

Зураб Соткилава
Зураб Соткилава

Оперный певец Зураб Соткилава скончался в Москве. Об этом сообщил генеральный директор Большого театра Владимир Урин, передает ТАСС в понедельник, 18 сентября.

Народному артисту СССР было 80 лет. Время и место церемонии прощания станут известны позже.

«У него была тяжелая болезнь, с которой он боролся до конца», — рассказал Урин.

В 2015-м артисту поставили диагноз «злокачественная опухоль поджелудочной железы».

Соткилава родился в Сухуми в 1937 году. В 1950-х играл в составе тбилисской футбольной команды «Динамо». В 1959-м завершил спортивную карьеру из-за травм. Соткилава был солистом Большого театра с 1974 года.

РОБЕРТ ШУМАН. БОНН

Бонн - последний приют музыкального гения романтики

Жизненный путь великого немецкого композитора-романтика закончился в Бонне. Какая польза городу от Роберта Шумана, рассказывает в интервью DW инициатор посвященного ему фестиваля.

Дом-музей Роберта Шумана в Бонне

Дом-музей Роберта Шумана в Бонне


Проходящий в Бонне музыкальный фестиваль имени Роберта Шумана (06.-18.06.2017) возник в результате частной инициативы и в этом году отмечает свое 20-летие. Центральным местом проведения фестиваля является мемориальный дом-музей выдающегося немецкого композитора в боннском районе Эндених (Endenich). В этом доме, бывшей психиатрической клинике, Роберт Шуман провел последние годы своей жизни.

Роберт и Клара Шуман

Роберт и Клара Шуман


После неудачной попытки самоубийства в Дюссельдорфе композитор был принят в клинику по его собственному желанию и в 1856 умер в больнице в возрасте 46 лет. Здание бывшей лечебницы теперь является архитектурным памятником и музеем, хранящем память об одном из величайших композиторов эпохи романтизма. Популяризация музыкального наследия Роберта Шумана входит в задачи ежегодного фестиваля Bonner Schumannfest. Его инициатор и директор Маркус Шук (Marcus Schuck) рассказал в интервью DW о том, как возник фестиваль и в чем его специфика.

DW: Почему фестиваль Шумана проводится в Бонне?

Маркус Шук: Здесь находится дом-музей Шумана, где композитор провел последние два с половиной года своей жизни. Он умер здесь, в Бонне, и похоронен вместе со своей женой Кларой на Боннском кладбище. Городские власти поначалу не проявляли большого интереса к этому дому. А ведь музей располагает богатейшей коллекцией нотных записей, книг и аудионосителей. Помимо музыкальной библиотеки музей владеет личными вещами Роберта Шумана. И, наконец, в здании находится небольшой концертный зал. Я никогда не понимал, почему в городе столько ажиотажа вокруг одного только Бетховена, почему столько же внимания не уделяют Роберту и Кларе Шуман, которых так много связывало с Бонном. Все это вместе и привело в к возникновению нашего фестиваля.

Инициатор фестиваля Schumannfest Маркус Шук (справа) на концерте в боннском доме-музее Роберта Шумана

Инициатор фестиваля Schumannfest Маркус Шук (справа) на концерте в доме-музее Роберта Шумана в Бонне


– В доме хранятся оригинальные нотные записи Роберта Шумана?

- Из соображений безопасности оригинальные партитуры Шумана хранятся в сейфах дома-музея Бетховена. Главные научно-исследовательские центры изучения жизни и творчества Шумана находятся в Дюссельдорфе и в его родном городе Цвиккау. Коллекция нотных записей в Бонне, однако, настолько богатая, что за ними приезжают из других городов. У нас также есть большое собрание аудиозаписей, в том числе и на компакт-дисках.

- Роберт Шуман оказался в Бонне в результате духовного помешательства. Как попали все эти исторические реликты в Бонн?

- По счастливому стечению обстоятельств, некий Майкл Шарп был большим другом дома Шумана. Летчик британских ВВС, он после Второй мировой войны был размещен в окрестностях Рейна и полюбил эту часть Германии. Во время своих полетов он и обнаружил полуразрушенный дом Шумана. А потом он приобретал для нас на аукционах все, что имело отношение к композитору, оказал нам также безвозмездную финансовую помощь, чтобы мы могли приобретать реликты сами. Так что музей возник в результате германо-британской дружбы.

- Роберт Шуман был многогранной и противоречивой личностью. Также поливалентно и его творческое наследие. Фестиваль каким-то образом отдает дань амбивалентности этого музыкального гения?

- Чем особенно импонирует нам Роберт Шуман, так это своей абсолютной непредвзятостью. Он с интересом относился ко всем музыкальным направлениям, серьезно и открыто воспринимал все новое, как в музыке, так и среди людей. Он открыл Брамса, а также композитора Нильса Гаде. Этот дух первооткрывательства мы переносим и на фестиваль. Мы ищем таланты не только в классической музыке, но и в джазе, среди рок- и поп-исполнителей, в кабаре и даже в кино. Песенный жанр для нас очень важен. Помимо прекрасных песен Шумана у нас можно услышать песни современных композиторов. В этом году фестиваль проходит под девизом "Радость", что имеет отношение к такому факту биографии Роберта Шумана, что музыку он сочинял исключительно в радостные моменты своей жизни.

Могила Роберта и Клары Шуман в Бонне

Могила Роберта и Клары Шуман в Бонне


– Много ли у вас посетителей?

- Я не перестаю удивляться, как часто к нам в дом-музей Шумана заходят музыканты и прочие деятели культуры, когда они оказываются в Бонне. Немалую долю посетителей составляют гости из стран Азии. Но туристы в массе своей не знают о существовании этого дома. Американцы как-то мне сказали: "У вас есть дом Шумана? Почему мы ничего об этом не знаем?"

- Какое будущее ожидает фестиваль? Какие у вас планы?

Бюст Роберта Шумана у дома-музея в Бонне

По случаю 150-летней годовщины дня смерти композитора у дома-музея Роберта Шумана в Бонне был установлен бюст


– Бонн приобрел уже известность не только как город Бетховена, но и как город Роберта Шумана. На финансовой поддержке фестиваля это, однако, пока не отразилось: фестиваль Шумана продолжает оставаться частной инициативой общества Schumannhaus Bonn e.V. и проводится исключительно на общественных началах. Тем не менее, о нас уже знают в Европе. Впрочем, я полагаю, что Бонну не повредит еще больше Шумана. В 2019 году, например, за год до юбилея Бетховена (в 2020 году исполняется 250 лет со дня рождения композитора - Ред.), мы можем отметить 200-летие со дня рождения Клары Шуман. Город только выиграл бы от презентации ее как выдающегося музыканта, композитора, известнейшей пианистки своего времени и, не в последнюю очередь, матери восьмерых детей. Таким образом, Бонн мог бы показать, что его потенциал не исчерпывается одним только великим Бетховеном.  Пока что резонанс на мои предложения равен нулю, но я не собираюсь сдаваться.

Отсюда:
Постоянная ссылка http://p.dw.com/p/2eLVe

ВЕНСКИЙ ФИЛАРМОНИЧЕСКИЙ. 175 ЛЕТ

ВЕНСКИЙ ФИЛАРМОНИЧЕСКИЙ: 175 ЛЕТ ЛУЧШЕМУ В МИРЕ ОРКЕСТРУ

Этот ансамбль - хранитель венской музыкальной традиции. Он по праву считается одним из лучших в мире. Одно только то, что его знаменитые новогодние концерты транслируются в 90 странах, говорит само за себя.


Концерт в честь наступления Нового Года

Венский филармонический оркестр по праву считается одним из лучших в мире. Одно только то, что его знаменитые новогодние концерты транслируются в 90 странах, говорит само за себя. По традиции, основу программы этих выступлений неизменно составляют творения выдающихся венских композиторов из семьи Штраусов (Strauss). Но вообще репертуар ни одного другого коллектива не включает столько вальсов, полек, музыкальных сказок и музыки оперетт, сколько входит в репертуар Венского филармонического оркестра.

Рихард Вагнер (Richard Wagner) считал его одним из "самых выдающихся в мире", Антон Брукнер (Anton Bruckner) – "самым высококлассным музыкальным ансамблем". Высочайшей оценке удостаивали венский коллектив Иоганнес Брамс (Johannes Brahms) и Густав Малер (Gustav Mahler), а Рихард Штраус (Richard Strauss) вообще считал, что эта команда музыкантов выше всякой похвалы. В 2017 году легендарный коллектив празднует свое 175-летие.

Сами себе хозяева

Изначально музыканты будущего Венского филармонического оркестра играли в симфоническом оркестре оперного театра при королевском дворе, и лишь от случая к случаю их задействовали в концертах венской классики – так называемых "филармонических академиях". Но весной 1842 года композитор и дирижер Отто Николаи (Otto Nicolai) поднял вопрос о создании профессионального оркестра, который постоянно выступал бы с подобными концертами вне стен оперного театра.




Серебряная монета, выпущенная в честь 175-летнего юбилея оркестра

Днем рождения уникального ансамбля считается 28 марта 1842 года, когда оркестр дал свой первый концерт под управлением Отто Николаи. В честь 175-летия со дня этого выступления в Австрии недавно выпущена серебряная монета с изображением тройки основателей оркестра – Отто Николаи, а также казначея Августа Шмидта (August Schmidt) и юриста Альфреда-Юлиуса Бехера (Alfred Julius Becher).

Отто Николаи разработал для оркестра совершенно уникальный и актуальный по сей день устав, согласно которому этот коллектив стал полностью независимым, а все важные решения принимаются общим голосованием музыкантов. Особенность Венского филармонического оркестра состоит и в том, что в нем нет художественного руководителя, а контракты с дирижерами никогда не заключаются на длительный срок. Музыканты сами организуют свои концерты и делят между собой прибыль.

Стать музыкантом оркестра совсем не просто. Как пояснил в беседе с Deutsche Welle гобоист этого коллектива Вольфганг Планк (Wolfgang Plank), сначала кандидат должен пройти по конкурсу в Венскую оперу, отыграть там три года, и только тогда он может рассчитывать на то, что время от времени его будут приглашать для участия в концертах Венского филармонического. Ну, а в основной состав вообще попадают лишь избранные счастливчики.

Под управлением корифеев

У этого оркестра совершенно особенное звучание - потрясающее по чистоте, глубине, силе и мощи, богатству и яркости. Важную лепту внесли в это выдающиеся дирижеры, в разное время избиравшиеся музыкантами для управления оркестром. В первую очередь, это легендарный австро-венгерский оперный и симфонический дирижер Ханс Рихтер (Hans Richter), работавший здесь с 1875 по 1898 годы. Его период именуют "золотым веком" в истории ансамбля.

Среди тех, кто дирижировал оркестром или выступал с ним в качестве солиста, были такие корифеи, как Малер, Вагнер, Брамс, Джузеппе Верди, Антон Брукнер (Anton Bruckner), Ференц Лист...

В общей сложности, около семи тысяч концертов дал за свою 175-летнюю историю Венский филармонический оркестр. C гастролей он начал и свой юбилейный год. Они открылись с концерта в Карнеги-холле в Нью-Йорке. Затем любители музыки встречали коллектив во Флориде и Северной Каролине. Сейчас за пультом стоит латвийский дирижер Андрис Нелсонс. Он руководит оркестром во время шести концертов, которые легендарная команда начиная с 26 марта, дает в Европе: в Вене, Париже, Франкфурте-на-Майне и Дортмунде.

Отсюда:
Постоянная ссылка http://p.dw.com/p/2ZlGS


И еще немного:
Wiener Philharmoniker считается одним из лучших в мире.

Основным концертным залом оркестра является нем. Musikverein — концертный зал Общества любителей музыки (Gesellschaft der Musikfreunde). Музыканты набираются из оркестра Венской оперы, где они должны перед этим отыграть не менее трёх лет.


Программа первого филармонического концерта в Вене 28 марта 1842 года

До исторического для Вены дня — 28 марта 1842 года — профессиональные оркестры в столице Австрийской империи существовали только при оперных театрах и при дворе (Придворная капелла); для публичных симфонических концертов приглашали либо один из этих оркестров, либо специально составленный, не всегда из профессиональных музыкантов, ансамбль. Потребность в оркестрах высокой квалификации для проведения публичных концертов ощущалась уже в начале XIX века; для этой цели, не в последнюю очередь, Общество любителей музыки создавало Венскую консерваторию. Однако образованный при Обществе симфонический оркестр первое время лишь усиливал оркестр Придворной оперы; только в 1830 году был сделан наконец обратный ход, когда капельмейстер Придворной оперы Франц Лахнер исполнил с этим ансамблем симфонии Людвига ван Бетховена

Днём рождения оркестра считается 28 марта 1842 года, когда Отто Николаи, назначенный в 1841 году капельмейстером Картнер-театра, провёл с тем же ансамблем большой симфонический концерт («филармоническую академию»), составленный из произведений венской классики. Именно с этого времени концерты оркестра стали проводиться регулярно — до 1847 года, когда Николаи покинул Вену.

После ухода Николаи для оркестра наступил период стагнации, связанный прежде всего с отсутствием опытного администратора. Важной вехой в истории Венского филармонического стало 15 января 1860 года, когда директор Венской оперы Карл Экерт провёл первый из четырёх абонементных концертов. С этого момента начинается история регулярных «Филармонических концертов» в Вене.

Первое выступление оркестра за рубежом состоялось в 1900 году — на Всемирной выставке в Париже, под управлением Густава Малера. Первые длительные гастроли оркестр предпринял уже под руководством Феликса Вейнгартнера, совершив в 1922 году тур по Латинской Америке.

И в настоящее время Венский филармонический оркестр формально остаётся филармоническим оркестром Венской государственной оперы, где проходят обязательную стажировку все музыканты.

Оркестру принадлежит честь первого исполнения целого ряда сочинений, в том числе, под управлением Ханса Рихтера, Симфонии № 2 и Симфонии № 3 Иоганнеса Брамса, Симфонии № 8 Антона Брукнера.

Главные и приглашённые дирижёры

Венский филармонический оркестр никогда не имел художественного руководителя и не заключал контракты с дирижёрами на сколько-нибудь длительный срок. До 1933 года каждый год общим голосованием избирался так называемый «абонементный» дирижёр (Abonnementdirigent) для проведения сезона в Musikverein, хотя на протяжении ряда лет это мог быть и один и тот же дирижёр, как, например, Отто Дессоф в 1860—1875 годах, Ханс Рихтер в 1875—1882 и в 1883—1898 годах (с его именем связан «золотой век» оркестра), Феликс Вейнгартнер в 1908—1927 годах или Густав Малер в 1898—1901. Кроме того, отдельно приглашались гастролирующие дирижёры для управления оркестром на фестивалях, а также для участия в традиционных Новогоднем концерте и Концерте в летнюю ночь. С 1933 года оркестр работает без главного дирижёра, имея при этом, помимо гастролёров, несколько приглашённых дирижёров, сотрудничающих с Венской филармонией на постоянной основе, иногда на протяжении десятилетий. Среди приглашённых дирижёров были такие знаменитости, как Вильгельм Фуртвенглер, который в 1933—1945 и в 1947—1954 годах фактически, хотя и неофициально был главным дирижёром оркестра, Карл Бём, Герберт фон Караян, Карло Мария Джулини, Леонард Бернстайн, Георг Шолти, Валерий Гергиев и другие.

Своим любимым дирижёрам, как и наиболее выдающимся артистам оркестра, Венская филармония в знак благодарности за длительное и плодотворное сотрудничество вручает почётное Золотое кольцо (Ehrenring). Среди дирижёров, награждённых этим кольцом, — Карло Мария Джулини (1990), Бернард Хайтинк (1997), Пьер Булез (2007).

Заслуги дирижёров перед оркестром Венская филармония отмечает также Золотой медалью Николаи (Nicolai-Medaille in Gold); этой медали удостоены, в частности, Карл Шурихт, Карл Бём, Леонард Бернстайн, Риккардо Мути (2001).


Реверс монеты «Венская филармония»

    Венский филармонический оркестр ежегодно проводит традиционный Новогодний концерт. Аудитория телезрителей концерта по всему миру составила, по оценочным данным 2010 г., 50 миллионов человек из 72 стран.

    С 1989 года в честь Венской филармонии выпускаются золотые монеты. Сначала это были монеты в 2000 шиллингов (31,1 г — унция золота), а также 500 шиллингов (7,8 г); позже к ним добавились монеты номиналом в 200 шиллингов (3,1 г — 1/10 унции) и в 1000 шиллингов (15,55 г). В 1992, 1995, 1996 и 2000 годах Всемирная ассоциации золота (World Gold Council) признавала «Венскую филармонию» наиболее продаваемой золотой монетой в мире. С переходом на единую европейскую валюту появились монеты номиналом в 100 евро и, наконец, 1 января 2004 года, одна из самых крупных золотых монет в мире — так называемый Большой Фил, достоинством в 100 000 евро. Дизайн монет остается неизменным с 1989 года.

НОВОГОДНИЙ КОНЦЕРТ ВЕНСКОГО ФИЛАРМОНИЧЕСКОГО ОРКЕСТРА

Новогодний концерт Венского филармонического оркестра

Золотой зал Музыкального общества, где проходят концерты

Новогодний концерт Венского филармонического оркестра Das Neujahrskonzert der Wiener Philharmoniker) — традиционный ежегодный концерт Венского филармонического оркестра, который проводится 1 января в Вене, в Золотом зале здания Венского музыкального общества[fr].

История и традиции

Начало традиции было положено в рамках программы «Зимняя помощь», проводимой немецкой национал-социалистической партией в 1933—1943 годах.

Первый концерт состоялся 31 декабря 1939 года. В последующие годы день концерта был перенесён на 1 января.

В настоящее время новогодняя программа состоит из трёх концертов: подготовительного (30 декабря), концерта накануне Нового года (31 декабря) и непосредственно основного Новогоднего концерта 1 января. Программа всех трёх концертов идентичная, различается только стоимость билетов. В связи с огромным спросом на билеты организаторы распространяют их с помощью лотереи, проводимой на официальном сайте оркестра в период 2 января — 28/29 февраля, то есть почти за год до мероприятия.

В течение 40 лет концертами руководили австрийские дирижёры, в том числе в 1955—1979 годах — концертмейстер Венского филармонического оркестра Вилли Босковски. Начиная с 1987 года каждый год для проведения концерта приглашается кто-то из наиболее известных дирижёров мира.

Цветы для украшения Золотого зала Венского музыкального общества в 1980—2014 годах поставлялись в дар муниципалитетом итальянского города Сан-Ремо. Начиная с 2015 года зал украшается цветами, выращенными в Австрии.

Репертуар

Репертуар концерта составляет, за редкими исключениями, австрийская лёгкая музыка конца XVIII — конца XIX веков: венские вальсы, польки, мазурки, марши семейства Штраусов (Иоганн Штраус (отец), Иоганн Штраус (сын), Йозеф Штраус, Эдуард Штраус), а также Моцарта, Шуберта, Йозефа Ланнера, Йозефа Хельмесбергера, Отто Николаи, Эмиля фон Резничека, Франца фон Зуппе и др.

В концерте исполняется обычно 12 произведений с перерывом после шестого номера.

За основной частью следуют три номера на бис: быстрая полька, затем вальс Штрауса-сына «На прекрасном голубом Дунае» и, наконец, «Марш Радецкого» Штрауса-отца, при исполнении которого публика по традиции аплодисментами отбивает такт, а дирижёр обращается к ней лицом и дирижирует этими аплодисментами. Традиция исполнения «на бис» появилась, вероятно, в 1945 году, когда в концерте был впервые исполнен вальс «На прекрасном голубом Дунае». В следующем, 1946 году, был впервые исполнен «Марш Радецкого» — и также «на бис». В дальнейшем эти произведения нередко исполнялись как в основной программе, так и «на бис». Начиная с 1958 года они неизменно входят в ставшее традиционным завершение концерта.

Общая продолжительность концерта составляет около двух с половиной часов.

Трансляция

Существует многолетняя традиция трансляций концерта — как по радио, так и на телевидении. Телевизионная трансляция в Австрии ведётся компанией ORF начиная с 1959 года (с 1969 года — в цвете), с 1985 году началась трансляция в США. В 2010 году аудитория телезрителей составила 50 миллионов человек из 72 стран — в это число входят как европейские зрители, получающие трансляцию по каналам Евровидения, так и зрители других континентов. В 2015 году телетрансляцией были охвачены 90 стран. В 2016 году концерт впервые был показан в Бразилии, Вьетнаме и Пакистане.

Как минимум начиная с 1985 года в телевизионную трансляцию включается несколько номеров, исполняемых артистами балетной труппы Венской государственной оперы. В разные годы также приглашались артисты Парижской оперы, Баварской оперы, Мариинского театра и ученики балетной школы Венской оперы. Съёмки ведутся в исторических интерьерах замков, дворцов и музеев Австрии. Среди постановщиков танцев были Джон Ноймайер, Борис Эйфман, Жан-Гийом Бар, Эшли Пейдж, Давиде Бомбана, Иржи Бубеничек. Костюмы для артистов делали такие модельеры, как Кристиан Лакруа (1997), Джорджио Армани и Вивьен Вествуд (2014). Несколько раз балетные номера исполнялись в здании Венского музыкального общества прямо во время концерта.

Начиная с 1992 года в телевизионную программу также входит музыкальный фильм, транслирующийся во время 25-минутного антракта в зале.

Дирижёры

150 ЛЕТ МОСКОВСКОЙ КОНСЕРВАТОРИИ

Оригинал взят у cleofide в Альма Матер празднует...

Московская консерватория празднует 150-летие.




IMG_3422 бзк — копия

Каждый день - официальные собрания с речами у микрофона, а вечером концерты, банкеты, фуршеты.
Вчера в Большом зале говорили много красивых и правильных слов.
Ректор наш выступил с отчётным докладом, сопровождаемым зрелищной презентацией того, что уже сделано и будет делаться (ура, ура!).




Collapse )

ШОТЛАНДСКИЙ ВИСЛОУХИЙ СОЛОМОН

Выхожу из дому. Когда прохожу мимо среднего подъезда, из первого появляется молоденькая совсем девушка (может, в последнем классе школы), заходит на газон, разделяющий первый подъезд со средним, и наклоняется, как мне кажется, чтобы сорвать цветы. А вообще-то в среднем подъезде живет пожилой дядька, который все лето сажает цветы на этом газоне, поливает их, в соответствии со своими представлениями о прекрасном расставляет там детские игрушки. Думаю, вынутые из помойки. Лошадки, пупсы, гномы – дрянь всякая. Сейчас там три чахлых флокса и море разливанное желтеньких ромашкообразных. Лепестки желтые, а серединка темная. И совсем уж позорная сиреневая астра. Тем не менее. Заботится. А девушка хочет украсить свой быт этими ромашками.

И вдруг я вижу, что в ее руке вовсе не цветок, а за шкирку прихваченный котик. «Девушка, девушка! Подождите секундочку! Это у вас шотландская или британская серая?»



Выясняется, что шотландский вислоухий. Зовут Соломон. 7 лет. Кастрировали несчастного. Несчастного, потому что тут же начались страдания: камни в почках, цистит. На улице он оказался, потому что семья живет на первом этаже, чем он пользуется и  частенько сбегает. Пока мы разговариваем, – ходит и трется об ее и мои ноги. Иногда валится на спину и с наслаждением втирает в себя всю грязь с асфальта. «Часто купаете?» – «Да нет, мама раз выкупала, а у него цистит сделался, так что уж решили – пусть будет как будет». (Я теоретически тороплюсь в магазин, но забываю об этом и начинаю рассказывать, как давно-давно у моей маникюрши были Мишенька и Жорик, тоже страдали камнями в почках. И Галя (маникюрша) ездила в леса, там собирала земляничные листья и делала для них какой-то отвар.

В соломоновом доме решили, что еще раз будет приступ – придется оперировать. И чего было кастрировать? Я понимаю, еще девочку. А этот же в подоле явно не принесет. Что до нравственности окружающих дам – да наплевать на них, пусть свои хозяева блюдут!

Кстати, о Соломонах. У Льва Маркиза собралось дома колоссальное число кроликов. Всяких. Разных размеров и из разных материалов. Купленных и подаренных. Самого главного зовут Соломон. Для него заказали специальное кресло. Это я узнала из книжки Ильи Овчинникова «Смычок в шкафу» 2008 г. о Маркизе издательства «Аграф» (изд-во Алексея Парина), которую всем рекомендую почитать.



АДЕЛИНА ПАТТИ (1843—1919)

Оригинал взят у rodich2007 в Звезда из прошлого - АДЕЛИНА ПАТТИ (1843—1919)

Adelina Patti, 1843-1919 (455x699, 103Kb)

Итальянская певица, колоратурное сопрано. Пела во многих странах. Партии: Розина («Севильский цирюльник» Дж. Россини), Виолетта («Травиата» Дж. Верди), Маргарита («Фауст» Ш. Гуно).

Collapse )

О, ПАТТИ, ПАТТИ!

М. Мусоргский. "РАЕК":

`О, Патти, Патти! О па-па-пат-ти!
Чудная Патти, дивная Патти!
О, Патти, Патти! О па-па-пат-ти!
Чудная Патти, дивная Патти!
Но за-чем па-рик-рик белокурый
Пат-ти-па-рик-рик-рик белоку-ку-рый?
Парик, парри-рик.
Патти, Патти! О па-па-пат-ти!
Чудная Патти, дивная Патти!
О, Патти, Патти! О па-па-пат-ти!
Чудная Патти, дивная Патти!
Чудная, милая, славная, дивная
Па-па, па-па, па-па, па-па,
Ти-ти, ти-ти, ти-ти, ти-ти
Па-па-пат-ти! Па-па-ти-ти!
Оооо! ... Оооо!
Пааааат-ти
Оооо! .... Па-па-пааааа-пат-ти!
О, дива Патти!`

Оригинал взят у rodich2007 в Звезда из прошлого - АДЕЛИНА ПАТТИ (1843—1919)

.0-1-2 (360x611, 128Kb)

Collapse )

АЛЕКСАНДР ГОРОДНИЦКИЙ В ПАРИЖЕ


Александр Городницкий о «жене французского посла» и других приключениях в Париже


media
Александр Городницкий

В начале мая в Париже побывал с концертом Александр Городницкий, поэт, классик авторской песни, ученый-геофизик и океанолог. В интервью RFI автор «Атлантов» вспомнил о своей первой поездке во Францию почти полвека назад, рассказал о «своем» Париже и «второй России» на французской земле, а также о «дальнозоркой памяти» войны, спирали русской истории и нехватке «откровенности разговора» в обществе.

В канун 9 мая беседа началась с разговора о войне и ленинградской блокаде, которую Александр Городницкий пережил ребенком. Менялось ли отношение ко Дню Победы на Вашей памяти?

Александр Городницкий: На протяжении моей жизни отношение к 9 мая не менялось, потому что всегда это был один из главных праздников. В отличие от всех других он окрашен не только светлым цветом. Это еще и память об утратах, о чудовищных лишениях и горе, которые пришлось в детстве перенести, и напоминание о том, что это никогда не должно повториться. Как ни странно, с возрастом — а мне 83 года — почему-то гораздо острее и четче я воспринимаю отдельные фрагменты из того времени. Память со временем делается дальнозоркой: помню войну — и не помню, что было вчера. У меня даже есть такое стихотворение.

Чем хуже слышен шум из-за окна,
Тем прошлое доступнее для слуха.
Вот за стеной снаряд ударил глухо
И вспомнилось, что эта сторона
Опаснее другой при артобстреле.
Отбоя утешительные трели
Меня освобождают ото сна.
Частотная все уже полоса,
И не пойму, о чем шумят соседи.
Друзей уже ушедших голоса
Меня торопят к прерванной беседе.
Глубинами времен отражена,
Наперекор сейсмическорй науке,
Взрывная возвращается волна,
Забытые напоминая звуки.
Переполняя ветхое жилье,
Отпущенные сокращая сроки,
И умерших родителей упреки
Стучатся в сердце старое мое.

Память — такая странная штука… Недавно у меня вышла книга «Будет помниться война», которую я привез в Париж для презентации. В ней и блокадные стихи, и воспоминания о блокаде, и размышления о войне, о возможности ее существования в XX и XXI веке, о том, что это ни в коем случае не должно повториться. Поэтому любое бряцание оружием, любые попытки подменить эту горькую победу, за которую заплачено десятками миллионов жизней, какими-то шапкозакидательскими настроениями — они, конечно, неверны.

Есть ощущение, что в последние годы в празднике 9 мая становится все больше официоза, а гордость за победу, иногда агрессивная (лозунги «Можем повторить»), отодвигает скорбь на второй план. Чего в этом празднике лично для вас лично больше — скорби или гордости?

Очень трудно отделить одно от другого. Вот, например, традиция «Бессмертного полка» — это прежде всего скорбь по погибшим. Это правильный ход и правильная память, потому что победа досталась слишком большой ценой. Как пел Булат Окуджава, «нам нужна одна победа, одна на всех — мы за ценой не постоим». И не стояли за ценой. Об этом мы говорим в нашем фильме «Мой Питер» (фильм воспоминаний, авторы: Александр Городницкий, Наталья Касперович — RFI), где есть и Пискаревское кладбище и многое другое. Конечно, скорбь должна быть не просто скорбью. Из нее должны быть сделаны выводы о невозможности повторения подобного. Особенно сегодня, когда средства доставки и средства уничтожения несравнимы с тем, что было в начале Второй мировой войны. Поэтому День Победы — это и предупреждение будущим поколениям.

Впервые во Францию вы попали благодаря вашей легендарной песне «Атланты» — в 1968-м, на зимнюю Олимпиаду в Гренобле, в составе официальной советской делегации. Что сейчас особенно хорошо помнится из той поездки?

Да, там были очень забавные вещи. Одну смешную историю могу рассказать. Руководителем нашей делегации был Геннадий Иванович Янаев, печально известный потом председатель ГКЧП и недолгий горе-вице-президент нашей страны. Тогда он был председателем Комитета молодежных организаций (КМО). Дико пьющий человек. Если помните, при аресте в августе 1991-го его нашли мертвецки пьяным с ядерным чемоданчиком. А в 1968-м году мы были в Гренобле, куда по случаю «белой Олимпиады» была привезена замечательная выставка Модильяни. А я всегда мечтал увидеть Модильяни и пошел на выставку.

Когда в восторге я уже выходил из музея, туда заходили пьяный Геннадий Иванович и не менее пьяный Миша Ржанов, секретарь ЦК комсомола Белоруссии. Янаев входит и говорит: «Буржуазное искусство, блин! Намалевали косые рыла и радуются». И хоть я человек по натуре осторожный и трусливый, да и взяли меня чисто случайно в эту официальную делегацию, тут меня что-то обожгло. Я говорю: «Комсомольские идиоты, вы тупые все, не понимаете — это же великий художник Модильяни!» Янаев, вместо того чтобы на меня окрыситься, сказал: «Саня, а чего ты лаешься? Ты нам объясни. Может, мы и поймем».

И я полчаса держал площадку, рассказывая про великого художника Модильяни. Потом уже я спохватился, что рассказываю фильм «Монпарнас, 19» (Les Amants de Montparnasse / Любовники Монпарнаса, 1958. Фильм об истории последних месяцев жизни Амедео Модильяни — RFI). Янаев слушал вполуха, но когда узнал, что Модильяни был алкаш спился, то воскликнул: «Саня, да ты ж самого главного не сказал! Это же наш человек! Замечательный художник!» Вечером того же дня он собрал советскую делегацию и сказал: «Значит так, оставить все дела и идти культпоходом смотреть замечательного художника Модильяни. Это великий художник! Его буржуи споили! Он алкаш, понимаете, он — гений! Всем в обязательном порядке смотреть!»

В следующий раз вы побывали в Париже значительно позже, поскольку вам надолго закрыли выезд за рубеж, не считая, может быть, ваших океанографических экспедиций….

Считая и их тоже. Океанографические экспедиции тоже закрыли в 1972 году. Когда я переехал в Москву, мне на несколько лет закрыли визу, потом, правда, снова открыли. Есть легенда, что ее закрыли из-за песни про «Жену французского посла», но — как рассказывал мне мой друг Юрий Щекочихин, невинно убиенный позже — в Ленинграде были и другие ко мне «претензии». В 1968 году я, вместе с Бродским, с Сережей Довлатовым и рядом других не менее достойных людей, попал в общий донос по поводу альманаха «Молодой Ленинград». По этому поводу я попал в черные списки и достаточно долго в них находился.

Потом я был в Париже несколько раз, приезжал сюда с выступлениями один или два раза. Потом мы тут снимали кино «Атланты держат небо» по книге воспоминаний. Там 3-4 серии посвящены Парижу, точнее, русским в Париже, русской культуре — Ахматовой, Тургеневу, Маяковскому — историческим связям русской культуры и русской эмиграции с Парижем. Потом меня совершенно потрясло кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Совершенно потрясло… Поэтому я и песню написал, поэтому мы и большую серию фильма сделали про это. Это была «вторая Россия», которую мы здесь открыли.

Кладбище Сент-Женевьев-де-Буа 6 января PIERRE VERDY / AFP

И вообще это великий город — от Нотр-Дам и д’Артаньяна до импрессионистов. Великий город, великая культура человечества.

От приезда к приезду меняется ощущение от города? В песне «Жаркое лето в Париже» у вас есть строчка об «ощущении счастья земного» …

Ну это уже чисто лирические дела… Меняется… У меня есть особый цикл, посвященный Парижу. Там и «Пляс Итали», и «Сквер Сюзанн-Бюиссон», и парижские бульвары, и многое другое. Кроме того, Булат Окуджава рассказывал мне, что в свое время приезд Монтана в 1965 году, если не ошибаюсь, в Советский союз побудил его взяться за гитару. Со мной так не было, но для меня все равно французский шансон сыграл огромную роль. Интонация… Человек с гитарой — без крика. Это сыграло определенную роль и в моем песенном становлении. Французский шансон — великое искусство. Брассанс, Азнавур, тот же Монтан.

В России, к сожалению, возникло такое песенное направление, которое называется «русский криминальный шансон». У меня это вызывает раздражение. Шансон — это великое искусство, но оно не русское, а французское. А главное, если разобраться, «русский криминальный шансон» — он и не шансон, и не русский, и главное, что он и не криминальный. В бытность мою на Крайнем Севере, я знал и любил многие настоящие песни зеков — «Ванинский порт» и многое другое. А это все подделка, это фальшак. А французский шансон — это серьезное искусство мирового класса. И до сих пор он, вместе с русским романсом, имеет большое влияние на нашу авторскую песню.

Как французский авторский шансон вошел в вашу жизнь? Кого вы выделяете для себя лично из французских шансонье?

Прежде всего, Монтана, конечно, потому что это еще и кино. Если же говорить о шансоне, это Эдит Пиаф, потому что этот нечеловеческий, страстный голос… Даже когда не знаешь языка, он оказывает невероятное эмоциональное воздействие. А потом уже Легран, Брассанс и целый букет авторов.

Хотя я считал и считаю, что русская авторская песня имеет свои корни, не связанные напрямую с шансоном, а скорее частично уходящие в цыганский романс (который тоже, кстати сказать, — русское порождение), частично — в русскую народную песню, и в известной степени — восходит к песням заключенных. А эти песни, к сожалению, в истории нашей страны играют далеко не последнюю роль.

Для вас Париж — это больше «литературный» город, город-история, связанный, в частности, с историей русской эмиграции?

Это и Генрих Манн мой любимый, «Юные годы короля Генриха IV». Это и импрессионисты. То есть это та история, которая живет сейчас. Это не только французская история. Я понимаю, почему именно русское дворянство всегда было напрямую связано с Парижем, с Францией, почему они с этой страной как-то «закоренились». Есть какое-то общее родство. Это первое.

А второе — это печальное наследие Французской революции, которое вошло как раз террором в нашу историю. Это все тут брало начало. Я вчера был в Версале и думал: когда Маяковский пишет, что в Трианоне ему больше всего понравилась трещина от штыка санкюлота, который тот вогнал в мраморный столик, это не радует.

У вас много стихов и песен о русской истории, об истории российской империи. А французская история вам подсказывала стихи?

Песен по французской истории, по-моему, не было. В детстве я очень увлекался историком Тарле, Бонапартом, Наполеоном. Но последующих следов в стихах и песнях это не оставило — в отличие от русской истории, которая меня интересовала и волновала более всего, и сейчас интересует. Хотя у меня много любимых французских писателей — Проспер Мериме и другие. Но вот прямого и равновеликого отражения французской истории — такого как русской — не получилось, к сожалению.

Какая из ваших многочисленных песен об истории российской империи могла бы быть созвучна сегодняшнему моменту в истории России?

К сожалению, очень многие созвучны сегодняшнему моменту. История движется по спирали, повторяется, поэтому и актуальность песни возникает снова. Есть какие-то вещи, которые никогда и никуда не исчезают. Не так давно я написал песню о Каине, о братоубийственных войнах, которые, к сожалению, никуда не делись. Песни об историческом наследии (например, «Донской монастырь») или целая серия песен, посвященная судьбе поэтов — от Пушкина до Маяковского. Я бы не сказал, что в этих темах что-то сильно меняется. Проблемы, к сожалению, остаются, иногда просто меняя свою окраску и название.

Какие проблемы остаются до сих пор?

Это проблема понимания общества и личности. Это общинный строй, община, община, община. Государство прежде всего — или личность, как в западной традиции? Когда санкюлоты рубили головы здесь, все равно провозглашались Liberté, Égalité, Fraternité. К сожалению, с этим у нас было отставание, и последствия этого отставания видны. Когда мы начинаем искать причину в плохих или хороших руководителях, плохих или хороших вождях, мы ошибаемся. Надо искать его в … Я не люблю слово «народ». Что такое народ? Я тоже народ. Надо искать причину, прежде всего, в каких-то генетических наклонностях людей. Поэтому очень важно и просвещение, и открытая система искусства.

В этом отношении авторская песня, я считаю, играет огромную, определяющую роль, потому что главной интонационной особенностью авторской песни является честность и открытость в разговоре. Я не себя имею в виду, а Галича, яростного Высоцкого, Окуджаву. При всем различии их талантов вот это их объединяет — откровенность разговора. Этого не хватает.

Именно поэтому, мне кажется, сегодня в России мы переживаем некий кризис авторской песни. То, что сейчас принимают за авторскую песню, это скорее всего самодеятельная эстрада. С одной стороны, потому, что все те люди, которых я называл (еще можно назвать Визбора, Анчарова), — это была литература. Все они были литераторы. А сейчас это — тексты. Таким образом, с уходом их из жизни авторская песня ушла из литературы на эстраду и живет по законам эстрады: шоу-бизнес, сделайте нам красиво, бесконфликтность, беспроблемность. Протестная составляющая вообще исчезла. Что, нет проблем?

И несмотря на это, популярность огромная — фестивали и здесь (на западе — RFI), и в России, сотни тысяч человек. Я 30 лет председатель жюри самого большого в мире фестиваля авторской песни — Грушинского, где десятки тысяч человек собираются. То есть потребность в песне, что характерно для России вообще, остается, а вот новое поколение авторов, к сожалению, как-то не торопится.

Чем запомнится вам нынешний приезд в Париж и когда вас ждать снова?

В моем возрасте уже трудно сказать, когда ждать. Хотелось бы еще раз приехать. Я очень признателен посольству России, Клубу авторской песни в Париже и замечательному Александру Буторину. Это они меня позвали и пригласили. Я лично благодарен сыну моих друзей Косте Похорукову, который с недавнего времени здесь работает. Мы с ним земляки по Царскому селу. Для меня это большой подарок судьбы, если честно, на старости лет. Когда снова ходишь здесь, проедешься по Сене или зайдешь на остров Сите — это все как в Эрмитаж сходить. Прикасаешься к храму вечных понятий, вечных истин, и становится легче жить.

Я очень надеюсь, что судьба даст мне еще раз возможность сюда приехать и пообщаться с людьми. А общение с людьми — вы же видели — это всегда радость и для меня тоже, потому что я не артист. Мне очень важно иметь обратную связь по поводу того, что я делаю. Я очень признателен и пользуюсь случаем, чтобы всем сказать спасибо за тот разговор, который у нас возникал.

Отсюда:
http://ru.rfi.fr/rossiya/20160511-aleksandr-gorodnitskii-o-zhene-frantsuzskogo-posla-i-drugikh-priklyucheniyakh-v-par